Конспирология должна стать наукой
Невероятно, но факт: в условиях ковидокризиса наиболее реалистично мыслящими оказались конспирологи. Да, презираемые наукой и большей частью леваков конспирологи. Именно они в наибольшей степени отразили дух времени. В то время как марксисты раскололись между собой по вопросу ковидокризиса, а Пиратский Интернационал ограничился пусть и отнюдь не идиотскими, но всё же довольно поверхностными технократическими формулировками.
Просто конспирологи давно указывают на два всё более очевидных факта: мировые процессы глобальны и решения по ним принимаются не публично. Но в 2020-м мировые процессы вывернулись наизнанку - и многие из "изнаночных швов" стали публичными, получили шанс стать предметом научного исследования. Видимо, превращенная (превратная) форма не публичного публична, а капитализм не может не производить превратные формы в большом количестве.
Я уже писал о том, что сегодня мировая сеть масс-медиа и Интернет делают мировые заговоры, вообще говоря, вполне возможными мероприятиями. Кроме того, я уже давно писал о том, что нарастающее относительное обнищание мирового пролетариата делает более невозможной политическую пролетарскую революцию по причине нарастающего недостатка ресурсов для такого мероприятия. Последним из самостоятельных политических сил в уходящий вагон политической социалистической революции запрыгнул Вьетнам, и всё. СССР из этого вагона выпрыгнул на ходу вместе со всеми своими сателлитами и убился - там теперь только Китай с Вьетнамом и остались, не считая их мелких сателлитов из Третьего Мира. А ведь у относительного обнищания пролетариата, делающего невозможным пролетарский заговор, есть и обратная сторона - относительное обогащение мирового капитала. И это относительное обогащение, эта сверхконцентрация богатств, вкупе с мировой сетью масс-медиа и соцсетями делает мировой заговор вполне реальной возможностью для мирового капитала.
Между прочим, едва ли не единственным из марксистских течений, которое было во многом конспирологическим даже тогда, когда мировой заговор капитала был довольно абстрактной возможностью, является сталинизм, что мне, как умеренному сталинисту, очень приятно констатировать.
Так вот, конспирология должна стать наукой. От любительской кустарщины и мифов к науке - таков путь познания. Нужно уметь определять объективные признаки заговора, чтобы разоблачать мифологию заговора. Эта междисциплинарная область научного знания должна быть институционализирована. Пусть возникнут Российское конспирологическое общество и другие национальные конспирологические ассоциации, объединенные во Всемирный конспирологический союз, проводящий Всемирные конспирологические конгрессы.
Конечно, многие власть предержащие будут вставлять ученым палки в колеса, но это преодолимо. Вспомните историю биологии: ни запрет сочинений Дарвина, ни "обезьяньи процессы", ни травля "менделистов-морганистов" не смогли остановить развитие этой науки.
Тема теории заговора должна стать научно респектабельной. И, напротив, заведомое отрицание любых глобальных заговоров должно стать маргинальной позицией. Блокирование президента США большинством социальных сетей - это такой конспирологический факт, который должен убедить даже самых больших, но добросовестных скептиков. А те, кто чисто идеологически отрицают возможность глобальных заговоров, сами фактически работают на глобальные заговоры, даже если этого и не хотят.
Просто конспирологи давно указывают на два всё более очевидных факта: мировые процессы глобальны и решения по ним принимаются не публично. Но в 2020-м мировые процессы вывернулись наизнанку - и многие из "изнаночных швов" стали публичными, получили шанс стать предметом научного исследования. Видимо, превращенная (превратная) форма не публичного публична, а капитализм не может не производить превратные формы в большом количестве.
Я уже писал о том, что сегодня мировая сеть масс-медиа и Интернет делают мировые заговоры, вообще говоря, вполне возможными мероприятиями. Кроме того, я уже давно писал о том, что нарастающее относительное обнищание мирового пролетариата делает более невозможной политическую пролетарскую революцию по причине нарастающего недостатка ресурсов для такого мероприятия. Последним из самостоятельных политических сил в уходящий вагон политической социалистической революции запрыгнул Вьетнам, и всё. СССР из этого вагона выпрыгнул на ходу вместе со всеми своими сателлитами и убился - там теперь только Китай с Вьетнамом и остались, не считая их мелких сателлитов из Третьего Мира. А ведь у относительного обнищания пролетариата, делающего невозможным пролетарский заговор, есть и обратная сторона - относительное обогащение мирового капитала. И это относительное обогащение, эта сверхконцентрация богатств, вкупе с мировой сетью масс-медиа и соцсетями делает мировой заговор вполне реальной возможностью для мирового капитала.
Между прочим, едва ли не единственным из марксистских течений, которое было во многом конспирологическим даже тогда, когда мировой заговор капитала был довольно абстрактной возможностью, является сталинизм, что мне, как умеренному сталинисту, очень приятно констатировать.
Так вот, конспирология должна стать наукой. От любительской кустарщины и мифов к науке - таков путь познания. Нужно уметь определять объективные признаки заговора, чтобы разоблачать мифологию заговора. Эта междисциплинарная область научного знания должна быть институционализирована. Пусть возникнут Российское конспирологическое общество и другие национальные конспирологические ассоциации, объединенные во Всемирный конспирологический союз, проводящий Всемирные конспирологические конгрессы.
Конечно, многие власть предержащие будут вставлять ученым палки в колеса, но это преодолимо. Вспомните историю биологии: ни запрет сочинений Дарвина, ни "обезьяньи процессы", ни травля "менделистов-морганистов" не смогли остановить развитие этой науки.
Тема теории заговора должна стать научно респектабельной. И, напротив, заведомое отрицание любых глобальных заговоров должно стать маргинальной позицией. Блокирование президента США большинством социальных сетей - это такой конспирологический факт, который должен убедить даже самых больших, но добросовестных скептиков. А те, кто чисто идеологически отрицают возможность глобальных заговоров, сами фактически работают на глобальные заговоры, даже если этого и не хотят.