Воспоминания о форуме КПРФ. Часть 9. Зюганов, Тарантино, Михалков
19.06.2004
Философ: "Вчера произошло одно из тех в принципе немногих событий, которое оказалось способным привести меня в состояние глубокого недоумения. На ковровой дорожке церемонии открытия очередного Московского кинофестиваля обнимались (позируя фотокамерам и ТВ) люди, которые, по идее, даже не должны были пожимать друг другу руки: Геннадий Зюганов, Никита Михалков и Квентин Тарантино. Поводов для взаимной неприязни у всех троих накопилось предостаточно. Когда фильм Тарантино "Криминальное чтиво" одержал победу на одном из Каннских кинофестивалей, обойдя творение Михалкова, последний подверг язвительнейшей критике как сам тарантиновский опус, так и каннское жюри. Далее, политические позиции Михалкова (который долгое время прислуживал постсоветской власти - лишь одним из эпизодов чего было его вхождение в предвыборный список НДР) и Зюганова диаметрально противоположны. Наконец, именно со стороны КПРФ было выпущено наибольшее количество стрел негодования в адрес американской массовой культуры, одним из ярчайших представителей которой как раз и является Тарантино.
Однако моё глубокое недоумение развеялось довольно быстро, как только я вспомнил характеристику современной российской политики, данную Г.А.Явлинским 4.03.2003 в газете "Московские новости": "Настоящей публичной политики в России сейчас нет, свободы слова в серьезном политическом смысле тоже нет. Нет правосудия, нет честных выборов. Вместо этого - эдакий политический постмодерн: советский гимн, имперский герб, демократический флаг. Советское время - это такой классицизм. Потом началась перестройка: с 86-го по 90-й был модерн. С 92 - 93-го при Ельцине начался ранний постмодерн. А сейчас - это уже поздний постмодернизм". Итак, постмодернистская эклектика доминирует в российском политическом пространстве (и в российском публичном пространстве вообще), касаясь даже такой вроде бы идейной партии как КПРФ (точнее того, что от нее фактически осталось). О том, что Зюганов - постмодернист, я писал здесь уже неоднократно. Итак, принципов у типичных представителей российской политической элиты уже нет. Те несчастные КПРФовские старушки, которые считают дядю Зю сугубо принципиальным политиком, являются, по выражению Ленина, глупенькими жертвами политического обмана. Вместо принципов на флаге постмодернистских политиков - только реклама и PR, нередко в форме клоунады. И если ради софитов и фотовспышек Зюганову доведется обняться с Дж.Бушем-младшим, М.С.Горбачевым или Б.Н.Ельциным - я уже удивляться не буду".
Философ: "Вчера произошло одно из тех в принципе немногих событий, которое оказалось способным привести меня в состояние глубокого недоумения. На ковровой дорожке церемонии открытия очередного Московского кинофестиваля обнимались (позируя фотокамерам и ТВ) люди, которые, по идее, даже не должны были пожимать друг другу руки: Геннадий Зюганов, Никита Михалков и Квентин Тарантино. Поводов для взаимной неприязни у всех троих накопилось предостаточно. Когда фильм Тарантино "Криминальное чтиво" одержал победу на одном из Каннских кинофестивалей, обойдя творение Михалкова, последний подверг язвительнейшей критике как сам тарантиновский опус, так и каннское жюри. Далее, политические позиции Михалкова (который долгое время прислуживал постсоветской власти - лишь одним из эпизодов чего было его вхождение в предвыборный список НДР) и Зюганова диаметрально противоположны. Наконец, именно со стороны КПРФ было выпущено наибольшее количество стрел негодования в адрес американской массовой культуры, одним из ярчайших представителей которой как раз и является Тарантино.
Однако моё глубокое недоумение развеялось довольно быстро, как только я вспомнил характеристику современной российской политики, данную Г.А.Явлинским 4.03.2003 в газете "Московские новости": "Настоящей публичной политики в России сейчас нет, свободы слова в серьезном политическом смысле тоже нет. Нет правосудия, нет честных выборов. Вместо этого - эдакий политический постмодерн: советский гимн, имперский герб, демократический флаг. Советское время - это такой классицизм. Потом началась перестройка: с 86-го по 90-й был модерн. С 92 - 93-го при Ельцине начался ранний постмодерн. А сейчас - это уже поздний постмодернизм". Итак, постмодернистская эклектика доминирует в российском политическом пространстве (и в российском публичном пространстве вообще), касаясь даже такой вроде бы идейной партии как КПРФ (точнее того, что от нее фактически осталось). О том, что Зюганов - постмодернист, я писал здесь уже неоднократно. Итак, принципов у типичных представителей российской политической элиты уже нет. Те несчастные КПРФовские старушки, которые считают дядю Зю сугубо принципиальным политиком, являются, по выражению Ленина, глупенькими жертвами политического обмана. Вместо принципов на флаге постмодернистских политиков - только реклама и PR, нередко в форме клоунады. И если ради софитов и фотовспышек Зюганову доведется обняться с Дж.Бушем-младшим, М.С.Горбачевым или Б.Н.Ельциным - я уже удивляться не буду".