Старообрядец Рябушинский требует благословения у никонианского епископа. Епископ Вениамин (Федченков), бывший главой военного духовенства врангелевской армии, вспоминал: «Пришедший сначала обратился в угол, где висела икона, и наложил три размашистых, до самых плечей, креста … Наши офицеры никогда этого не делали, как известно. Но не успел я удивиться, как гость бухнулся мне в ноги. … Я удивленный, в замешательстве, поднимаю гостя, и он рекомендуется умело: «Владыко! Я не принадлежу к господствующей Церкви! Я старообрядец. Но я почитаю и православную иерархию. Благословите! Моя фамилия – Рябушинский. … Владыка! Мы погибаем! Мы погибаем!». И мгновенно разрыдался громко, с надрывом. Слезы вообще трудно выносить. А когда здоровенный бородатый мужчина рыдает неудержимо, становится даже жутко. Будто бы дикий буйвол плачет. … «Владыко святой! Мы такие же большевики, как и они! Только они – красные большевики, а мы – белые большевики!» … Немного успокоившись, Владимир Павлович начал мне вскрывать темные стороны белых. … Но он и сам всё же искал утешения или оправдания и потому в заключение беседы сказал, но не твердо, а вопросительно, будто не веря самому себе, а лишь желая верить: «А как вы думаете? Может быть, мы еще можем покаяться? Вот у меня есть друг, тоже офицер, профессор университета Даватц. Он всё говорит: «Да, мы тоже разбойники, как и те, но только мы висим на правом кресте от Христа и можем раскаяться, а они – левые хульники, непокаянные!». Вы думаете, мы раскаемся?». (Рябушинский В.П. Старообрядчество и русское религиозное чувство. М. 2010. С.18-19) Между прочим, деникинские (врангелевские) бандиты так и не раскаялись. (По крайней мере, публично).