Category: наука

"Катедер-марксизм" или Наука ломает идеологию

Со стороны "красных" нередко проявляется презрение по отношению к нам, академическим марксистам. "Красные" даже кличку придумали больше ста лет назад - "катедер-марксизм" (т.е. кафедральный). Некоторый смысл в этом есть, ибо марксизм по своему духу - учение не только теоретическое, но и практическое. Однако закавыка здесь в том, что на практике международный "красный" проект оказался неудачливым. (Про Китай говорить не стоит - за китайцев мы очень рады, но их сугубо национальный проект почти не выходит за китайские границы, что никак с идеями Маркса не согласуется). А общественно-историческая практика - это, как ни крути, критерий истины (с марксистской точки зрения). Т.е., если наступил на грабли один раз, то не стоит наступать второй. Значит, надо разобраться в причинах такой неудачливости. А это можно сделать только с помощью науки. Разумеется, не буржуазной, а марксистской. (Прикладная наука, в отличие от фундаментальной, зависит от вопроса "кому выгодно?").
Именно наука (в отличие от политики!) обязательно содержит в себе внутренний механизм самокритики. Более того, что делают эффективные научные идеи? ВНЕДРЯЮТСЯ! Пусть не сразу, пусть со сложностями и преградами, но внедряются! Но только в том случае, если они действительно эффективны (и если есть социальный субъект, который заинтересован в их внедрении). Скорее всего, способ внедрения марксизма (т.е. реального гуманизма) в практику "красным" не понравится - хотя бы потому, что это наверняка будет необычный способ, ломающий "красные" шаблоны, выработанные по устаревшим методичкам столетней давности. Но кто будет слушать политических лузеров?
promo yuri_loskutov october 28, 2030 23:48
Buy for 20 tokens
Кандидат философских наук, доцент Пермского государственного национального исследовательского университета. Христианин Русской Православной старообрядческой Церкви. Сторонник Пиратской партии. Важные записи: Обо мне: Промысел Божий Профессиональное Профессиональное - 2 3 октября 1993-го…

Об этике ученых

Когда речь идет об этике науки, нередко забывают уточнить, какая именно наука имеется в виду - фундаментальная или прикладная? Этос фундаментальной науки серьезно отличается от этоса прикладной - и даже во многом ему противоречит.
Кроме того, имеет смысл учитывать, идет ли речь о "внутреннем" этосе науке (о взаимоотношениях внутри научного сообщества) или о "внешнем" её этосе (об отношениях науки с остальным обществом).
В середине ХХ века Роберт Мёртон, опираясь на высказывания ученых Нового времени, сформулировал классический вариант фундаментального внутринаучного этоса, содержащий четыре императива: коммунизм (результат исследования является общественной собственностью и должен быть доступен для всех); универсализм (оценка научного результата обязана иметь внеперсональный характер, и не должна основываться на предрассудках, касающихся этнической или расовой принадлежности исследователя, его пола, научной репутации, принадлежности к научной школе и т. д.); незаинтересованность (на результаты исследований не должны влиять вненаучные интересы экономического, политического, религиозного характера); организованный скептицизм (ученые обязаны быть критичными как по отношению к работе других, так и к собственным исследованиям). Мёртоновская система норм CUDOS (Communism, Universalism, Disinterestedness, Organized Skepticism) и по сей день сохраняет свою значимость для фундаментальной науки.
Бурный рост прикладных исследований детерминировал становление во многом иного внутринаучного этоса, связанного уже не столько с идеей поиска научной истины, сколько с принципом практической эффективности знания.
Джон Займан в своей книге “Real science: What it is, and what it means” (2000) выдвигает альтернативную систему принципов, следуя которым, учёный может построить карьеру в науке. Система включает 5 принципов: Proprietary work – на результат исследования должно распространяться право собственности (патент); Local work – работа, направленная на решение конкретных задач, а не для общего понимания проблемы; Authoritarian work – задача исследования определяется начальством, а не выбирается учёным автономно; Commissioned work – работа делается на заказ для решения практических целей, а не для чистого знания (т.е. принцип незаинтересованности Мёртона плохо совместим с данным положением); Expert work – научно-исследовательская работа осуществляется ограниченным сообществом экспертов, а не всеми компетентными членами научного сообщества. Система PLACE Займана является альтернативной системе нравственных императивов Р. Мёртона, каждый учёный может руководствоваться то той, то другой системой, или и той, и другой. Это зависит от области научного знания, специфики исследования и других факторов.
Тем не менее, вопросы обеспечения общественного блага никогда не должны покидать голову ученого - в независимости от применяемой им "внутренней" этической системы.
Стоит также отметить то, что главной социальной причиной этических нарушений во "внутреннем" этосе науки является ее бюрократизация, а во "внешнем" этосе - ее коммерциализация.

Парадокс Эйнштейна-Подольского-Розена и "Рождение истинной власти"

Мой коллега по кафедре, доктор философских наук, профессор Александр Юрьевич Внутских опубликовал еще в 2011-м статью, которая меня по-хорошему удивила только сегодня - потому, что я тормоз. (Внутских А.Ю. Парадокс отбора и его возможное решение // Вестник Пермского университета. Сер. Философия. Психология. Социология. 2011. Вып. 3 (7)).
Приведу некоторые выдержки из нее (точнее, со стр.15). "Представления о корпускулярно-волновом дуализме в современной физике универсальны, относятся не только к элементарным частицам, но и к любому известному материальному объекту (так, в 1999 г. были зафиксированы волновые свойства молекул)". Т.е. каждый из нас, в некотором смысле, является волной. Обалдеть! Но главное даже не в этом.Collapse )
Таким образом, существует социальный аналог парадокса Эйнштейна-Подольского-Розена! Аналог физического дальнодействия, который внешне выглядит настолько мистически, что пока даже толком не концептуализирован социальной теорией! Наличие этого социального аналога не должно никого смущать, ибо наиболее фундаментальные связи объективной реальности воспроизводятся на всех ее основных уровнях.

Реми Майснер расчехлился (с небольшой посторонней помощью)

remi-meisner.livejournal.com/230809.html
"В 2010-м году-то я уже криминалом не занимался, а вот в святые девяностые и в стабильные нулевые года аз, грешен, целую коллекцию судимостей собрал: 112, 126, 163 - вот это, сцуко, "букет Молдавии"! И ещё 222 и 228 позже прибавились, до кучи, как вишенки на торте. Впрочем, среди товарищей по кружку политграмоты я ходками особо не понтуюсь. Во-первых - хрен ли понтоваться, если тебя таки поймали, в оконцовке? А во-вторых, в нашем Политбюро я самый "незасиженный", хоть и съездил пару раз на общий режЫм. Так, руководитель нашей службы безопасности (с которым Великий Детектив, кстати, шапочно знаком) отсидел в тюрьмах и колониях богоспасаемой РФ 11 лет, в общей сложности (а до первой подсидки был подающим надежды боксёром). Наш главный специалист по связям с закавказской общественностью отсидел, на круг, 10 лет (а ведь закончил Бауманку в советские времена). Но всё это фигня по сравнению с нашим консультантом по делам национальностей. Этому товарищу сейчас 65 лет, из которых он провёл "за забором" - чуть больше половины".

Таким образом, известный марксистский публицист Реми Майснер признался в том, что он - судимый рэкетир и наркоторговец. И в том, что его ближайшие соратники такие же.
Теперь понятно, что его разногласия с марксистским "Движением имени антипартийной группы 1957 года" имеют не только теоретический характер (и в этом вопросе я на стороне "Движения-1957"), но и характер практический.
Идейный лидер "Движения-1957" Петр Балаев, будучи таможенником, с подобными типами всячески боролся. Если "Движение-1957" всячески подчеркивает, что в сегодняшних условиях коммунистическая борьба и уголовщина несовместимы, что марксист должен быть на свободе, чтобы бороться, то Реми прямо заявляет следующее: "Кстати, при приёме в наш клуб любителей марксизма мы отдаём предпочтение кандидатам с "ходочками" - потому что заезд на тюрьму для современного марксиста очень и очень вероятен и желательно, чтоб от внезапно нарисовавшейся перспективы уехать в колонию года на два у партейца не дрожали коленки. Всё сие я, повторюсь, никогда не скрывал и впредь скрывать не собираюсь. Епта, да я в открытую на передачки лавэ собираю, а добрую половину постов заканчиваю словом "АУЕ"! Что какбе должно намекать читателю на некую связь с криминалом".
Если провести простейший классовый анализ данной ситуации, то получается, что "Движение-1957" опирается на бывших и действующих наемных работников, а группа Реми - на люмпенов. Марксизм - это не теория на вооружении люмпенов, это не манифест социальных паразитов. Коммунистическое движение - это движение трудящихся, а не рэкетиров. Понятно, что в годы революционных социальных потрясений наверх выплывает всякая люмпенская пена, но считать, что люмпены способны стать ведущими теоретиками марксизма и организаторами реального коммунистического движения - это скверный анекдот.
P.S. Есть-таки у меня интуиция. Некогда я предположил, что Реми собирает деньги на бухло. Оказывается - на чифир. Почти угадал!

Мода на невежество

staroobrad.ru/modules.php
Сайт "Современное древлеправославие" опубликовал поучительную историю о том, как учительница биологии на старости лет потерпела интеллектуальный и профессиональный крах, впаривая ученикам старообрядческих воскресных школ адвентистскую псевдонаучную чушь, по недоразумению именуемую "научным креационизмом".
P.S. А её нападки на А.В.Пыжикова были просто смешными. Из всех критиков Пыжикова только двое высказали то, что имеет смысл серьезно обсуждать: среди профессионалов - профессор Керов, среди непрофессионалов - о. Валерий Шабашов. Все прочие "фэ" имеют чисто идеологический характер - многим белокриницким не нравится то, что пыжиковщина разрушает мифологизированную историософию Ф.Е.Мельникова, а, скажем, Константин Сёмин недоволен тем, что Пыжиков разоблачает идеологические штампы советской псевдоинтернационалистской пропаганды (доведшие СССР до распада).
Пыжиков - историк-профессионал, мировая биология - это огромное сообщество профессионалов. Профессиональные теории имеют вес просто в силу того, что они хорошо аргументированы - даже если они не нравятся тем или иным идеологам. Но в наших церковных кругах прочно укоренилась мода на невежество, сочетаемое с апломбом. С уровнем аргументации у нас просто беда ...
P.P.S. Что сказал бы упоминаемый в материале "Современного древлеправославия" покойный профессор-старообрядец Б.Н.Родионов (первым из людей сфотографировавший обратную сторону Луны) по поводу модной в современном старообрядчестве американской "теории" плоской Земли?!
P.P.P.S. Похоже, что из всей богатой и многообразной западной культуры иные старообрядцы способны усваивать только невежественную гадость ... (Поклонников Генона это тоже касается).

Дугинизм против древлеправославия. Часть 5. Дугинизм как угроза для России

Для чего неоевразийству потребовалась фиктивная «Традиция»? Для того, чтобы проповедовать контрмодерн. Для того, чтобы бороться с современным обществом как таковым, пытаясь вернуть его в архаичное состояние. «Катехизис члена Евразийского Союза Молодежи» провозглашает: «Прошлое учит нас тому, как надо жить – без парламентов, телевизоров, «прав человека», электронной плесени городов. Прошлое реально, настоящее виртуально. … Современность во всем и всегда ошибается. Но мы-то живем сегодня, в мире без Традиции, наступившем после конца Традиции, и следовательно, у нас только один выход – поднять восстание против современности, воссоздать древнее и вечное. И пусть содрогнутся насекомые настоящего!». (Катехизис члена Евразийского Союза Молодежи // http://www.rossia3.ru/katehizis.html) (Кстати, среди прав человека, ненавидимых дугинистами, имеется право на жизнь. Есть еще право на свободу совести, на свободу слова и многие другие права – которых были лишены православные староверы в империи Романовых. Это так, заметка на полях ...).
Сам Дугин провозглашает себя в качестве контрмодерниста следующим образом: «Изначально мое мировоззрение складывалось в начале 80-х годов на основе традиционализма. Это философское направление настаивает на том, что: современный мир является аномалией; Новое время и его культура, наука и философия представляют собой девиацию в отношении сакральных традиций и религий, и, следовательно, полнота истины обретается в сфере древних мифов и религиозных верований, которые напрямую обращались к вечному и неизменному Началу. ... Традиционализм оказал на меня решающее воздействие, и я сохраняю верность этим базовым установкам – в первую очередь, убежденность в правоте духовных традиций и в ошибочности философий Нового времени – до сего дня». (Дугин А.Г. О моем отношении к религии (вынужденные пояснения) // http://www.sorokinfond.ru/index.php?id=1003)
Кризис Модерна Дугин предлагает не преодолевать, восходя к более сложному состоянию Сверхмодерна, а просто ликвидировать вместе с самим Модерном, откатившись далеко назад: «Конец истории мог бы теоретически быть и иным: «планетарный Райх» (в случае победы нацистов), «мировой коммунизм» (если бы оказались правы коммунисты). Но «конец истории» оказался именно либеральным (о чем одним из первых догадался философ А. Кожев, а затем его идеи воспроизвел Ф. Фукуяма). Но раз так, то любые апелляции к модерну и его предпосылкам, к чему в той или иной степени апеллировали представители второй (в большей мере) и третьей политических теорий, утрачивают свою релевантность. Битву за модерн они проиграли (ее выиграли либералы). Поэтому тема модерна (как, впрочем, и модернизации) может быть снята с повестки дня. ... Освобождаясь от необходимости подстраивать теологию под рационализм модерна, носители четвертой политической теории могут вполне пренебречь теми богословскими и догматическими элементами, которые в монотеистических обществах (особенно на поздних этапах) были затронуты рационализмом, что, впрочем, и привело к появлению на развалинах христианской культуры Европы вначале деизма, а потом атеизма и материализма в ходе поэтапного развертывания программы Нового времени. Не только высшие сверхразумные символы Веры могут снова быть взяты на щит, но и те иррациональные моменты культов, обрядов и легенд, которые смущали богословов на прежних этапах. Если мы отбрасываем прогресс как идею, свойственную эпохе модерна (а она, как мы видим, закончилась), то все древнее обретает для нас ценность и убедительность уже потому, что оно древнее. Древнее – значит, хорошее. И чем древнее, тем лучше». (Дугин А.Г. Четвертая политическая теория // http://www.profile.ru/items_27773) Таким образом, любая языческая дурь Вавилона или Египта (а лучше – совсем уж диких племен далекого прошлого) хороша для Дугина тем, что она – древняя. Более того, по Дугину, мы даже не имеем права оценивать ее как дурь. (Здесь контрмодерн идет с постмодерном в одной связке). Но христианин, напротив, верует в будущее, существующее помимо ада, хаоса и смерти, торжествующее над адом, хаосом и смертью: «Чаю воскресения мертвым. И жизни БУДУЩАГО века». Христианское упование в его темпоральном аспекте – упование прежде всего на будущее. Таким образом, христианство несовместимо с «традиционализмом». Прошлое как таковое не священно. Православие священно.
Борис Режабек: «Проповедуя идеи «консервативной революции», Дугин написал и издал в своём издательстве «Арктогея» («Арктогея» – это мифическая страна «Полярного Рая», которую нафантазировал один из гитлеровских историков, Герман Вирт), целую серию книг. В них он демонстрирует, что главная черта Консервативной Революции – это ненависть к научной мысли и разуму и мечта о возврате к временам, когда сакральность власти никто не смел подвергать сомнению, а категории Раб и Господин имели абсолютное значение. … Непонимание природы и ценности науки и страх перед ней – вот основа мировоззрения Дугина». (Режабек Борис. Мерзлая земля евразийца Дугина // http://www.lebed.com/2001/art2744.htm)
Действительно, неоевразийцы проявляют заметную агрессивность по отношению к науке и по отношению к светской культуре вообще. В публикации с красноречивым названием «Александр Дугин – настоящий постмодерн!» Дугин заявляет следующее: «Я считаю, что наука – основополагающая черта модерна. Постмодерн – конец модерна, значит конец науки. Мы говорим с Вами в эпоху постмодерна. О какой науке может идти речь?», а также провозглашает: «Рационализм иррационален в своей сути, его строгость соблюдается только в промежуточной методологической сфере. Все исходные предпосылки мышления, а равно как и окончательные выводы рационального процесса безумны и нерациональны». (Александр Дугин – настоящий постмодерн! // http://www.arctogaia.com/public/postmodern.html) И еще один типично постмодернистский манифест Дугина: «Человек говорит «я так думаю», не подозревая, что речь идет о случайном перекрещивании заведомо внедренных в его сознание кодовых таблиц, действующих по строгой логике одной или нескольких операционных систем. Никаким «я» и, строго говоря, никаким «думаю» здесь и не пахнет». (Дугин А.Г. Философия традиционализма // http://www.arcto.ru/article/112) И отсюда проистекает дугинский идеал русского человека: «Чем глупее, тем лучше, если речь идет о русском человеке, настоящем русском, у которого нет помыслов вообще, который невинен в этом отношении, ведь когда помыслы возникают, с ними приходит, возникает соблазн». (Дугин А. Археомодерн // http://www.arcto.ru/article/1474) «Катехизис члена Евразийского Союза Молодежи» тоже поет гимн иррационализму: «Все в Традиции прекрасно. Особенно то, что неразумно, непонятно, необоснованно, что превышает мелкий плешивый разум». (Катехизис члена Евразийского Союза Молодежи // http://www.rossia3.ru/katehizis.html)
Для чего русскому человеку не думать? Чтобы не развиваться, не прогрессировать! Ибо разум – непременное условие общественного развития. И потому противники развития в первую очередь атакуют разум. (См.: Кургинян С.Е. Исав и Иаков. Т.1 М. 2009 Часть 6. Глава 8) Для чего еще русскому человеку не думать? Чтобы не задавать Дугину неудобных вопросов, попав в сети его организации, обладающей некоторыми признаками деструктивной секты. Например, «Катехизис члена Евразийского Союза Молодежи» прямо-таки по-сектантски промывает мозги потенциальному молодому дугинисту: «Все, что тебя окружает, мираж, подвох и подделка. Плюй на это, повернись спиной и ищи пути к нам». (Катехизис члена Евразийского Союза Молодежи // http://www.rossia3.ru/katehizis.html) Девушка, случайно столкнувшаяся с членами ЕСМ, отмечает: «Поведение евразийцев оказалось очень манипулятивным, имеющим целью завлечь в свои ряды неофитов. Причем поведение очень напомнило поведение адептов мунизма в эпоху становления этой секты». (http://nor-man-volk.livejournal.com/334699.html) (Впрочем, в одном списке с мунистами дугинисты уже оказывались – в вышеупомянутом справочнике миссионерского отдела РПЦ МП). Зачем еще русскому человеку не думать? Затем, что думать за него будет фюрер …
Вот три независимых друг от друга характеристики дугинской идеологии. О. Максим Козлов (РПЦ МП): «Псевдоевразийство типологически совпадает с теми направлениями и движениями, которые получили в итоге в Италии название фашизма, а в Германии – название национал-социализма». (http://www.st-tatiana.ru/text/34404.html) Один из давних знакомых и приятелей Дугина: «Это все для дела – установление в России фашистского режима правления во главе с Фюрером (которым м.б. и сам А.Д. хочет быть, или его ставленник). Это я не из публичных статей, а из личного общения». (http://drevlepravoslavie.forum24.ru/?1-20-0-00002840-000-10001-0) Анонимный публицист: «Евразийство Дугина представляет собой обыкновенный фашизм, которым он сильно увлекается и был еще в советские времена одним из лидеров «Черного ордена SS», в который входил и еще один «традиционалист» Гейдар Джемаль. … Дугин изобрел сложно структурированный комплекс демагогии, оправдывающий узурпацию политической власти небольшой группой людей, подавление инакомыслия, превалирование государства в экономике, насаждение государственной идеологии. Т.е. стандартный набор определений фашистского государства, но под новым евразийским соусом. Определенной части российского общества очень хочется перейти от авторитарного государства к тоталитарному. Одним из идеологических соображений, другим из меркантильных – когда ты не просто воруешь сколько хочешь и вывозишь добро на Запад, но и при этом никто и слова против сказать не смеет, а если смеет, то сидит и умирает в тюрьме». (Обыкновенное евразийство // http://rosgreat.org/?p=12178)
Это правдивые обвинения или поклеп? Я не стану окончательно и стопроцентно относить дугинизм к разряду фашистских идеологий, но отчетливые параллели между дугинизмом и фашизмом, действительно, существуют: культ насилия и господства, ненависть к парламентской демократии и правам человека, апология неравенства, стремление к замене науки мифологией. И еще одна важная параллель – склонность к милитаризму. Вот, зацените: «Газовый скандал России и Украины существенно повысил актуальность альтернативного проекта газовой магистрали Nabucco, которая должна пойти в обход двух стран. Особый интерес к ней проявили восточноевропейские страны, больше всего пострадавшие от остановки Киевом транзита российского газа. Среди них Болгария, Румыния и другие. Политическую поддержку проекту обещали оказать и США. Журнал «Коммерсант Власть» делает предположение, что российское правительство во главе с Владимиром Путиным попытается сорвать строительство Nabucco. При этом отмечается, что этому может способствовать новая волна конфликта в Нагорном Карабахе. Руководитель Центра консервативных исследований философ Александр Дугин в интервью порталу «Евразия» заявил, что срыв строительства альтернативного газового проекта необходимо осуществить любой ценой: «Я думаю, что проект Nabucco надо сорвать любой ценой, потому что речь идет о геополитике газа. Если для этого понадобится инициировать военный конфликт, надо это делать. Потому что в геополитике все средства хороши» – считает Дугин». (http://evrazia.org/news/7025) Здесь уже не «Традиция» превыше всего – здесь превыше всего «Газпром»!
И, наконец, у русского человека есть еще одна – самая главная – причина не думать. Она заключается в том, что думать за него должен американец. Да, да – Дугин, понимая это или нет, но действует по классической схеме «держи вора!». На месте американских властей я бы давно уже наградил «ярого антиамериканиста» Дугина Золотой медалью Конгресса США. Ибо заслужил. Ведь Дугин проповедует отказ от разума и прогресса не американцам, и даже не китайцам, а русским! Борис Режабек: «Дугин драпируется в костюм защитника России от происков атлантистов и всяческих сил мирового заговора, его тексты и идеи, если их принимать всерьёз, способствуют окончательному уничтожению способности людей здраво мыслить и тем самым ведут к разрушению России». (Режабек Борис. Мерзлая земля евразийца Дугина // http://www.lebed.com/2001/art2744.htm) Один из комментаторов так отозвался о дугинской статье «Четвертая политическая теория»: «В приведенном материале нет практически никакой науки. А это значит, что вряд ли сможет автор объяснить все, что произошло в обществе России за последние 80 лет истории. … Что касается Хайдеггера, то у него нет вообще таких знаний, с помощью которых можно было бы объяснить все, что произошло в обществе России за последние 80 лет истории, не говоря уже вывести страну на дорогу прогресса и процветания». (Дугин А. Четвертая политическая теория // http://www.profile.ru/items_27773) И еще одна сентенция: «Философский тупик возникает у евразийцев, когда появляются вопросы о практических последствиях реализации их планов. Ведь вместе с западной цивилизацией Дугин категорически отвергает и модернизацию во всех ее аспектах. И как тогда в изолированном от остального мира немодернизированном, тоталитарном, клерикальном государстве могут развиваться на современном уровне наука и техника, чем будем противостоять проклятому Западу? Шапками закидаем? Как заставить ученого, врача, инженера, писателя мирового уровня жить и эффективно работать в стране, где нет свободы слова, информации, передвижения? Опустим железный занавес? Какова будет дееспособность такого государства в современном мире и не перестанет ли оно в очень короткое время быть «субъектом истории»? Может ли идеология, навязанная народу обманом и насилием, стать хорошей основой для построения светлого будущего?». (Обыкновенное евразийство // http://rosgreat.org/?p=12178) Вся неоевразийская программа, по сути, сводится к тому, что пусть американцы с их «проклятым» разумом развивают науку и технику, получают Нобелевские премии, повышают производительность своего труда и уровень своей военной мощи, а русские при этом должны главным образом молиться (например, Карачуну), всё более становясь похожими на папуасов. Дугинизм – это программа убийства любой русской конкурентноспособности на мировой арене. А в конечном счете – это программа исчезновения русского народа и русской культуры. И здесь я не могу не процитировать С.Е.Кургиняна: «Твоя стратегия – на то и твоя, чтобы противник имел о ней неверное представление. Вот тогда-то и используются наиболее сложные семантические прикрытия. Понятия искажаются. Создаются ложные понятия. Такие искажения и имитации – часть интеллектуальной войны. А как иначе-то? Никто не станет обнажать перед противником ядро собственной стратегии. И наоборот, все будут пытаться добраться до ядра чужой стратегии и посеять там семена деструкции, внедрить враждебный стратегический вирус». (Сергей Кургинян. Медведев и развитие-4 (продолжение) // Завтра. № 15. 09.04.2008) Одним из таких «стратегических вирусов», призванных уничтожать конкурентов Запада, и стали мифические представления о «Традиции». Кто такой Генон? Француз и масон. Генонизм, при всём своем внешнем антизападничестве – это коварное оружие западной культуры и западного мышления, которым Дугин сегодня пытается угробить яркий и самобытный русский интеллект. (Помимо генонизма, Дугин собрал в неоевразийстве богатую коллекцию прочих отбросов западной философии и западной мифологии, вполне годных для превращения русской культуры в интеллектуальную помойку).
Таким образом, любой русский интеллектуал, любой русский патриот должен сказать дугинизму свое решительное «нет!».

Wilson Alwyn Bentley (9.2.1865–23.12.1931)

Оригинал взят у romantik3 в Wilson Alwyn "Snowflake" Bentley (1865–1931)
А вы когда-нибудь задумывались над тем, кто впервые сделал фотографии снежинок? И как? А могли ли предположить, что первые фотографии снежинок удалось запечатлеть обыкновенному американскому фермеру, у которого была просто большая любовь… к снежинкам.

Уилсон Элвин Бентли родился 9 февраля 1865 года, 148 лет назад, когда мало кто задумывался, из чего состоят снежинки и как фотографировать снежинки. В 1872 году в Джерико не было еще даже электричества, а фотоаппарат для обычного фермера стоил целое состояние. В то время любознательному школьнику Уилсону Бентли было 17. Он рос на ферме с родителями и братом, и быть бы ему обычным мальчишкой, стреляющим из рогатки по домашней птице, если бы не мать. У миссис Бентли, которая до замужества работала учительницей, было много книг и даже маленький микроскоп.

Будучи очарованным снежинками с самого детства, проведенного на ферме в Вермонте, США, Бентли в течение долгих лет экспериментировал, разглядывая снежинки и изучая их кристаллическую структуру, пока в один прекрасный день не прикрепил к своему микроскопу камеру, и в 1885 году получил первую фотографию снежинки. Он значительно усовершенствовал процесс "ловли" снежинок на черный бархат и их фотографирования до того, как они растаят или изменят форму.

«Под микроскопом я понял, что снежинки – чудеса природы; и мне стало грустно, что никто не видит эту красоту», – признался Бентли в 1925 году. Collapse )

Разъяснение по поводу моих стратегических целей

Некоторые мои оппоненты почему-то полагают, что я собираюсь создать некий гибрид из православия и марксизма, но эти оппоненты заблуждаются. Такая попытка была бы не только крайне самонадеянной, но и совершенно неуместной. Православие и марксизм - это принципиально разнородные духовные явления: одно - религиозное, а другое - светское; одно в своей сердцевине - мистическое, другое в своей сердцевине - научное; одно опирается на откровение, другое - на знание и т.д. и т.п. Ничего, кроме духовного уродства, из гибрида между ними получиться не может.
Итак, мои подлинные стратегические цели как философа таковы:
1.) Инициирование научной революции в марксистской философии, т.е. углубления философского знания путем смены парадигм в научной философии. Строго говоря, такая смена всё более назревает, но кто-то в любом случае должен ее инициировать, несмотря на всю трудоемкость и многоаспектность подобного интеллектуального предприятия. Здесь, в науке, я по своим взглядам - чистый, беспримесный революционер, хотя во многих других аспектах я - самый настоящий консерватор.
2.) Актуализация святоотеческого наследия (патристики) в рамках РПсЦ и отечественной культуры - в противовес тому реакционному мракобесию (нередко с оккультными корнями), которое навязывается сегодня православным людям под видом некоей "Традиции" (являющейся, по сути, не более, чем постмодернистским симулякром). Патристика в своей философском аспекте (прежде всего благодаря интерпретации аристотелевского наследия) находится на магистральной линии развития мировой философии, это интеллектуальный прогресс, а не регресс. В богословском же плане патристику не с чем и сравнить - это одинокий остров, высящийся неприступной скалой в бушующем океане верований. Разум, человечность, устремленность в будущее - это то, что есть в подлинной святоотеческой традиции, и это то, что всячески третируется в фальшивой "Традиции", изобретенной людьми, совершенно далекими от аутентичного православия.
3.) Наконец, налаживание интеллектуально плодотворного диалога между православием и марксизмом - между этими разнородными духовными явлениями - в едином культурном пространстве. И православие, и марксизм имеют всемирно-историческое значение, но так исторически сложилось, что особую актуальность они обрели именно в нашей русской духовной культуре. И потому работа на конфронтацию между аутентичным православием и марксизмом - это работа на разрыв русского культурного пространства, это болезненное травмирование русской духовной культуры, это лишение ее необходимых ей смысловых полюсов. А разрыв единого культурного пространства чреват и конфронтацией между людьми, расколом народа. История показала, что конфронтация между аутентичным православием и марксизмом была для русской культуры деструктивным, а не конструктивным, конфликтом, в котором наш народ многое потерял, и ничего ценного (кроме горького опыта) не приобрел. Причем конфликт этот был навязан русским извне, носителями чуждых нам культур (католической и масонской). Во многом благодаря этому конфликту, русский народ находится сегодня в глубоком материальном и духовном кризисе, который, с моей точки зрения, как русского человека и патриота русской культуры, необходимо преодолевать.
Достижение каждой из этих трех целей требует большого труда. И на пути к каждой из них я нахожусь в почти полном одиночестве. При этом сегодня для меня задача номер один - это поддержание и укрепление моей многодетной семьи. Это моя четвертая, и совершенно особая стратегическая цель. Пока дети маленькие - особо не пофилософствуешь. Тем не менее, от достижения первых трех целей я не отказываюсь. Это мой путь (как сказали бы китайские коллеги - дао). Путь тяжелый, неблагодарный, но потенциально очень плодотворный.

Кучкин Б.К. Либеральный тупик философии: деградация науки

http://svoim.info/201238/?38_5_1
Первое десятилетие XXI века для российского философского сообщества стало временем подведения итогов развития, определения качественного состояния науки в предыдущем столетии, особенно в советскую эпоху.
Способствовали этому и знаковые юбилеи: 80-летие Института философии Российской Академии Наук (ИФРАН), выросшего из философской секции Коммунистической академии; 70-летие философских факультетов Санкт-Петербургского (Ленинградского) и Московского университетов; 75-80-90-летия ныне живущих ведущих философов, «мастодонтов» академической науки: B.C. Степину - 77, Д.И. Дубровскому и В.А. Лекторскому по 80, В.В. Соколову - 90, Т.И. Ойзерману - 97 лет.
Анализу развития философии в Советском Союзе посвящен ряд монографий и целая коллекция статей в специализированных философских журналах от академических до региональных изданий. Тональность печатной продукции уныло однообразна. 70 лет Советской власти были для ученых годами «тяжкого гнета тоталитарного коммунистического режима», годами «мучительных» испытаний и страданий, насилия, подавления свободы и воли научного творчества. Судьба философии в Советском Союзе более трагична, чем история советской литературы или поэзии.
Не абсолютизируя очернительскую тенденцию, следует отметить существование научно-объективных, продуманных, реально оценивающих прошлое философской науки работ. Беспристрастный анализ показателен и для ряда ученых Запада. Например, американский философ Т. Рокмор акцентирует внимание на достижениях и научных открытиях советской, марксистско-ленинской философии, ее влияние на мировую науку.
Ветер капиталистической реставрации сбросил завесу над многими тайнами философской «кухни». В публикациях, зачастую противоречивых, нередко шокирующих, появилась масса подробностей отношений между учеными, побудительных мотивов противостояния групп и группок в научном мире. Рельефно выявились два постулата, ранее тщательно скрываемых, на которых базировалось функционирование философского сообщества в СССР.
1. С 20-30-х годов XX в. существовало противостояние либеральной и марксистско-ленинской философий, четко выраженное формулой «мы - они». Жизнь академической философии была наполнена упорной борьбой старых идеалистических, религиозно-мистических концепций против философского материализма, диалектического метода познания, материалистического понимания истории.
2. Несмотря на то, что официальная философская наука имела название «марксистско-ленинская» - марксизм был лишь мимикрией, маскировкой, оболочкой, под которой скрывалась реальная жизнь либеральных философов.
Следует подчеркнуть, что сегодня, когда маски сброшены, дистанцирование от марксизма, его ниспровержение, очернительство, фальсификация, а то и откровенная ложь преобладают в научных писаниях. Вчерашние апологеты, пропагандисты марксизма стали «пророками» философского либерализма. Правда, продолжая занимать прежние командные, начальствующие должности. История любит шутить над людьми, и в российском философском сообществе наблюдается очередная ее «гримаса».
Академики, профессура столичных университетов, заведующие отделами ИФРАН и кафедрами философских факультетов, будучи идеологической номенклатурой ЦК КПСС, «боролись» «против партийно-номенклатурного контроля», чтобы превратиться (или продолжать оставаться) в партийную, но уже либеральную номенклатуру российских демокрадов. Невольно вспоминается великий насмешник Франции Пьер Беранже, очевидец реставрационных процессов в своей стране начала XIX века. «Тот меня кормил. / И этот будет мил. - /Лишь надо постараться. / ... Кто ни приди, мне все равно: Скакать для всех сумею. / Зато пью сладкое вино. / Ем сытно и толстею» («Паяц»).
Характерный пример - академик Т.И. Ойзерман. Более 50 лет он занимался пропагандой, возвышением, воспеванием марксизма, утверждением его как высшего достижения философии и науки. Кандидатская и докторская диссертации, все главные публикации Ойзермана посвящены этой цели. Одновременно он постоянно и последовательно громил всех критиков, ревизионистов и опровергателей марксизма, немарксистскую, буржуазную философию. Именно на позитивной разработке марксизма и на его защите Ойзерман создал свое имя, сделал карьеру, стал академиком и почти единственным «знатоком», «авторитетом» марксизма.
Но не повезло старику. Началась перестройка, контрреволюция, реставрация. И чтобы продолжать получать «жирный кус довольствия», с генетической ловкостью малого народа Ойзерман быстро переквалифицировался в антимарксиста, критика и ниспровергателя философии и идеологии марксизма. С особой, буквально животной ненавистью Ойзерман обрушился на В.И. Ленина, рисуя его карикатурный портрет. Постоянно критикуя Ленина, выливая всевозможную грязь и нечистоты, он прямо лжет в отношении политических позиций Ленина, фальсифицируя его реальные высказывая и слова. Что ж, трюк удался. Сегодня академику Т.И. Ойзерману 97 лет. Он самый публикуемый философ. Снова в роли активного апологета и пропагандиста, «знатока»... только немецкого реакционного философа Ф. Ницше, основоположника «философии жизни», провозвестника идеологии фашизма.
Кроме политических причин массового отхода от материалистической диалектики имеются и теоретико-познавательные. На волне глобализации социальных процессов получили беспрецендентное распространение современные разновидности позитивизма и постмодернизма. Творческая интеллигенция осваивала их, говоря словами Г. Федотова, так же, как и другие достижения западной мысли, - беря «немецкое последнее слово на медный пятак. Его хватало ровно настолько, чтобы опустошить русские мозги» (Федотов Г. «Трагедия интеллигенции». М., 1996, с.48).
Удар, нанесенный либералами по отечественной философской науке, страшен. На волне архаизации, варваризации культуры, дебилизации образования молодежи возродились примитивные, обыденно-бытовые представления о философии как никчемном атрибуте общественной жизни, «болтовне» рафинированных столичных интеллектуалов.
Исходя из либеральных установок «свободы личности», «автономного Я», освобождения от социальных ценностей, таких как гуманность, справедливость, солидарность, либероиды провозглашают «сакральность» свободы философа, отстраненность его от общественных процессов. Особо подвергается сомнению и изощренной фальсификации марксистское положение о философии как мировоззрении и идеологии. Отсюда появление крайних утверждений об отсутствии в современной России философии. Честно говоря, для этого имеются достаточные основания.
Советская «перестроечная», либеральная интеллигенция, сбросив с корабля современности марксизм, поклоняется всем идейным течениям, враждебным демократии. Так называемая научная мысль мечется от Хайдеггера к Дюркгейму и Мерло-Понти, от Ницше, Шопенгауэра к американцам Р. Рорти, Дж. Розенау. Поток теорий, идей, концепций, материалов, тем исследований, шедший с Запада с 70-х годов прошлого века, сделал свое черное дело. Молодая генерация российских философов, по признанию академика В.А. Лекторского, имеет очень смутное представление об отечественной философии. В лучшем случае они считают, что в прошлом делались попытки развивать какие-то идеи в рамках маркизма-ленинизма. Какие именно идеи - этого они не знают и знать не хотят. Академик утверждает: «Бессмысленно пытаться заставить этих философов «полюбить» отечественную науку» («Вопросы философии», 2011, N4, с.29).
Кумиром, которому поклоняются и которого обильно цитируют, является немецкий философ М. Хайдеггер. Его единодушно причисляют к когорте выдающихся мыслителей, а некоторые считают даже «философом номер один» XX века.
Между тем на Западе хорошо помнят гитлеровское прошлое Хайдеггера, породненность его философских убеждений с расовыми установками фашистской идеологии. Учение Хайдеггера, считают европейские авторы, является идейным источником германского нацизма.
Российскую философию сегодня характеризует резко отрицательное отношение к традициям философской культуры. Отвергается классический категориальный аппарат, игнорируются проверенные практикой методы исследования природы, общества, человека, отвергаются принципы строго научного мышления и доказательств, отвергается всё то, благодаря чему философия тысячелетиями развивалась. Это стало следствием либерального насаждения невежества, варваризации духовной жизни страны.
Негативное отношение к основополагающим научным принципам, убожество интеллекта сказались и на так называемых философских работах. В них нет мысли, а просто текст, стилистика. Причем псевдонаучная, заумная, вымученная для внешней «красоты» изложения. Авторы буквально раболепски следуют за якобы «модными» западными формулировками. А за всем этим - действительная пустота мысли. («Вопросы философии», 2009, N6, с.33-34)
Появилась и другая тенденция. Повальное, некритическое увлечение религией. Реконструкция религиозно-идеалистического сознания породило своеобразную конвергенцию философии и религии. В ряде российских университетов созданы теологические отделения и факультеты, появились кафедры философии и религиоведения, публикуются совместные работы светских ученых и религиозных деятелей.
Директор ИФРАНа академик А.А. Гусейнов с особой тревогой отмечает культивирование в диссертационных исследованиях языка религии, лексики и стиля рассуждений, характерных для религиозных текстов, религиозного сознания и практики. Задача философии, считает он, сохранять культуру рационального мышления. («Вопросы философии», 2011, N4, с.75).
Указанные тенденции в философском языке обнаруживают вторичность философского сочинительства и вторичность философского мышления. Повторяя зады западноевропейской мысли, Россия превращается в философскую провинцию, где эпигонство станет неизбежным уделом.
Еще более катастрофично положение философской науки в высших учебных заведениях краев и областей РФ. Формально преподавание марксистско-ленинской философии в России не запрещено, фактически же идут гонения на марксизм. Какие философские концепции предлагают преподаватели студентам, каким ценностным установкам привержены - это вопрос вопросов. Можно предполагать, что в силу географического удаления от центра, не зная философской литературы, преподаватели сегодня являются носителями этакой изустной традиции и на лекциях преподают многое такое, чего нет в научной литературе. Либо они преподают нечто такое, что никак не совпадает со стандартами европейского преподавания философии, некие вариации на мотивы западных теорий.
В итоговых материалах, статьях и монографиях выявилась еще одна, по-своему примечательная, негативная для либероидов ситуация. Фиаско их концептуально-философских оснований. Навязчиво отвергая советский период развития русской философии, демонстрируя свою «кочку зрения» на национальную культуру, либералы акцентировали внимание только на религиозно- идеалистических воззрениях дореволюционного периода. Сколько было стенаний по запрещенной большевиками и якобы забытой русской философии и сколько оптимистичных ожиданий было связано с ее новым открытием! И что?! Сфера русской идеалистической и религиозной философии открыта. Изданы труды B.C. Соловьева, Н.А. Бердяева, C.JI. Франка, Л. Шестова, работы философов XIX века. Проработан, освоен и отредактирован практически весь массив отечественной философии, созданной как в дореволюционной России, так и в эмиграции. В эйфории открытия ожидалось, что идеи столетней давности дадут толчок, станут импульсом к творческому развитию русской тематики, потоку литературы, открытию нового философского языка и проблемного поля. Этого не произошло! Лавинообразный поток цитирования вылился в интеллектуальный анахронизм. Сложившаяся линия философствования носит репродуктивный характер. Подражательная литература выделяется только стилистикой, заимствованной у кумира, да философским жаргоном.
Более того, выяснилось, что философское наследие русской интеллектуальной мысли демонстрирует ярко выраженное неприятие либерализма. Раздражение, резкая критика, возмущение невежеством, простомыслием, спекулятивностью либеральных идей пронизывают работы К.Н. Леонтьева, В.В. Розанова, Н.О. Лосского, С.Л. Франка, Л.П. Карсавина и др.
В 1880 году К.Н. Леонтьев писал: «Всё либеральное - бесцветно, общеразрушительно. <...> Свобода! Освобождение! Но от чего и во имя чего? Cвобода для свободы, свобода делать всё». (К.Н. Леонтьев. Полн. собр. соч. СПб., 2006, т.7, кн.2, с.7-8).
С.Л. Франк, анализируя причины Октябрьской революции, подчеркивает, что социализм «устраняет пустоту, бессодержательность и внутреннее противоречие той формальной свободы, которую дает либеральная демократия: человек, формально свободный, предоставленный самому себе, ничего не может сделать и гибнет жертвой социальных случайностей, оказывается игрушкой хозяйственных конъюнктур, рабом хозяйственно сильных слоев». (Франк С.Л. «Русское мировоззрение». СПб., 1996, с.129-130).
Смело можно утверждать, что русские философы, столь долго ожидаемые, оказались невостребованы, чужды современным «мыслителям». Например, дважды невежественны измышления профессора философского факультета МГУ В.В. Соловьева: «Ленинизм, русский вариант марксизма, является, прежде всего, российской революционной крестьянской традицией, в которую достаточно поздно влилась рабочая струя» («Вопросы философии», 2009, N11, с.141). «Простой крестьянский паренек» и в 90 лет остался крестьянином. То, что Соловьев, рожденный в Советском Союзе, студент, аспирант, доцент, профессор МГУ не удосужился хотя бы полистать работы Ленина, объяснимо. Для либералов характерно поносить, ругать К. Маркса, Ф. Энгельса, В.И. Ленина, не читая их работы. Но выкормыш либералов, а Соловьев в числе своих учителей называет дореволюционных философов, должен был бы знать мнения русских мыслителей о крестьянстве. В книге «Русское мировоззрение» С.Л. Франк пишет (как бы специально для В.В. Соловьева): «Русский крестьянин, как и крестьянин вообще, естественно, далек от того, чтобы быть социалистом; он и психологически. и экономически является частным собственником, <...> а духовно крестьянин настроен консервативно». (Франк С.Л. «Русское мировоззрение». СПб, 1996, с.145). Какая уж там революционность!
Необходимо подчеркнуть то особое значение, которое придавали философии русские ученые. По их мнению, философия - это одновременно и искусство познания реальности, и искусство воспитания яркой личности, искусство самовоспитания, искусство духовного развития. Четырежды искусство!!! Современная либеральная философия, отторгнув марксизм, смогла породить только ублюдочные концепции. Профессор МГУ Ф. Гиренок утверждает: «Философия не столько утешает, сколько кусает и больно жалит. Философия рождается в обожающем взгляде, который бросает один мужчина на другого. Философ - это, прежде всего, иммигрант, «лимитчик», «гастарбайтер»! (Ф. Гиренок. «Философия - это поступок». «Завтра», март 2011 г., N11) Профессор явно перепутал философию с садомазохистскими упражнениями нетрадиционной любви.
Другой «специалист» пишет, что русская оригинальность, особый психический склад характера и способ мышления, свойственные только русским, определены юродами-юродами в философии, литературе, искусстве, науке, политике, православии. Смешав философию с юродством, с болезнями, психопатологией, соединив великое с никчемным, он уверяет, что русскость и юродство - синонимы. Воронежский философ П.В. Калитин в статье «Юродивая философия» возводит юродство в субстанциональное качество русской культуры и истории («Вопросы философии», 2010, N1, с.182). Либералы не только сами интеллектуально бесплодны, но как грибок, плесень подвергают гниению всё здоровое, плодоносящее. Маразм (упадок, изнурение, истощение, вырождение) отечественной философии, результат губительного для науки влияния либералов.
Некоторые количественные показатели деградации философской науки. Для самой читающей страны - Советского Союза были характерны массовые тиражи издаваемой философской литературы. Несколько примеров. Книга «Философия Канта и современность». М., 1974 г. под редакцией Т.И. Ойзермана издана тиражом 25 000 экз.; В.Ф. Асмус «Античная философия». М., 1976 г., тираж - 80 000 экз.; коллективная работа «Введение в философию. В двух частях» под руководством И.Т. Фролова. М., 1989 г., тираж - 500 000 экз. Ежемесячный тираж академического журнала «Вопросы философии» превышал 40 000 экз. Современная динамика падения ежемесячного тиража журнала: 1992 г. - 38 600 экз., 2001 г. - 4478 экз., 2005 г. - 3709 экз., 2008 г. - 2554 экз., 2009 г. - 1730 экз., 2011 г. - 1134 экз.
Буквально рефреном во всех философских работах читаешь: «Сейчас появляется масса книг, о которых зачастую не знает никто, кроме авторов, которые их опубликовали». Несомненно! «Великим достижением» либералов является тираж 100 экз., а 300 экз. - эпохальное событие. Пусть меня простит Бог философов - «А может быть, это и к лучшему?!» Всё меньше степень заражения интеллектуального пространства бациллами либерализма.
Величие, значимость советской философии и маразм современной «россиянской» ёмко выразил академик В.А. Лекторский: «Идеи, разработанные в нашей философии второй половины XX века, сегодня осваиваются международным философским сообществом. Неплохо было бы освоить эти идеи нам самим». («Вопросы философии», 2011, N4, с.30)

Нижний Новгород - 2012. Часть 6. VI Российский философский конгресс.

Конгресс был организован плохо. Гораздо хуже, чем предыдущие. На вокзале нас никто не встретил (хотя обещали). На открытии устроили почти что давку при регистрации. Как ни странно, не выдали блокноты, и мне пришлось писать на мятых бумажках. Вместо блокнотов дали вот такие огромные и вычурные картонные кейсы:
P1050425.JPG
Сначала я планировал привезти кейс домой - дочке поиграть, но он не поместился в мою сумку, и я его выкинул (подобно многим другим участникам). Заседания секций конгресса были разбросаны по множеству нижегородских вузов, зачастую далеко отстоящих друг от друга. Наконец, сломалась типографская машина, и тираж материалов конгресса не был допечатан - многие участники остались без книг. Более того, тезисов многих участников (и даже целой секции "Философия сознания") в данных материалах не оказалось. За что только эти люди платили организационный взнос? Мне повезло - меня и напечатали, и "одарили" экземпляром. Кроме того, меня поселили в отличное общежитие Нижегородского института развития образования - в одноместный номер с евроремонтом всего за 250 рублей в сутки. Это всё же плюс.
Теперь о содержании конгресса. На его открытии в Торгово-промышленной палате держал речь губернатор Шанцев - о своем, губернаторском. Эта речь имела к философии весьма отдаленное отношение. На данном заседании выступил Александр Сергеевич Запесоцкий - член-корреспондент РАН, ректор Санкт-Петербургского Гуманитарного университета профсоюзов.
Речь Запесоцкого была наиболее актуальной и содержательной из всех выступлений на пленарных заседаниях четырех Российских философских конгрессов, на которых я присутствовал. Далее - ее максимально краткое содержание.
Философия нынешнего правящего слоя России - передача воспитательной функции от образования к телевидению, благодаря чему воспитан новый тип личности - черствый индивидуалист. Телевидение формирует мировоззрение вместо родителей, писателей и философов. Российская система образования заменила педагогические цели коммерческими целями. Фундаментальные концепции постепенно выводятся из вузовских учебных программ. Декларируемая задача потреблять, а не творить - резко снижает конкурентноспособность России на мировой арене. Страна впадает в дремучее невежество и держится на людях, получивших образование при социализме. И развал системы образования - не результат глупости начальства. Это результат дефектов социально-экономической системы - "ультралиберальной формации". "Грязная рука рынка" дотянулась до госаппарата, науки, искусства, СМИ. Реальная (а не декларируемая) идеология и политика российского чиновничества - культ денег. Декларируемая же идеология и политика - всего лишь набор пиар-программ.
Выступление Запесоцкого российские философы встретили бурными и продолжительными аплодисментами. Больше никого так не приветствовали, что и неудивительно - рациональное содержание (и отнюдь не сокращенное) всех остальных речей на пленарном заседании можно было бы уместить, наверное, в 15 минут. Особенно "доставили" выражения "реальности никто никогда не видел" (для несведущих поясню - это 18-й век в философии) и  "академик Гусейнов подарил мне перед конгрессом книгу, я ее использовал". Последним выступал господин Федоров - очень молодой ректор нижегородского педа. Я таких молодых ректоров еще не видел. Поскольку речь Федорова была выдержана в духе постмодернизма, постольку я ничего в ней не понял, расслабился и откровенно ржал. (Особенно мне понравилось выражение "субсистенция, оказавшаяся в свалке"). Оказывается, другие участники конгресса - доктора и кандидаты философских наук - тоже ничего не поняли, в чем потом и признавались, но при этом многие из них сидели с умным видом и шикали на мое веселье.
После пленарного заседания академик Степин прочитал лекцию из области социальной философии. Это - не его. Философия науки - его, социальная философия - нет.
На следующий день в ННГУ состоялось заседание нашей секции "Философская онтология - 2". Состоялось в маленькой и тесной аудитории, но, как говорится, не в обиде. Руководители секции - профессора Михаил Михайлович Прохоров из Нижнего и Борис Васильевич Марков из Питера - сумели создать доброжелательную и конструктивную атмосферу работы. Мне приятно было оказаться в сообществе профессионалов, понимающих друг друга. Мой доклад "Добро и зло как онтологическая проблема" был встречен коллегами хорошо. Скандальные факты, прозвучавшие на секции: готовится к защите кандидатская диссертация на тему "Онтология пива"; в одном из московских вузовских учебников предмет философии определен как "всё, что вызывает интерес".
После обеденного перерыва я посетил соседнюю секцию "Философская онтология - 1". Там особо "доставил" доклад зав. кафедрой философии из Костромы. Некоторые "перлы" оттуда: "Меня не интересует теория отражения, этот продукт вульгарного материализма, меня интересует, как нам жить лучше". "Разве можно определить человеческое сознание как высшую форму психической деятельности? Высшая - значит лучшая? Но я никогда не поставлю сознание убийцы выше сознания моего кота Кузьки". Что делать - непрофессионализм шагает по стране. Там же выступал философ из Чечни, поведавший интересный факт: шариатский суд в Грозном потребовал исключить предмет "Философия" из программы Грозненского нефтяного института как "антиисламский". Впрочем, этот инцидент был улажен за месяц, и курс философии не пострадал.
На другой день я сходил на секцию "Философия и методология науки", работавшую в здании ННГУ на Большой Покровской. К сожалению, там оказалось много докладов не по тематике секции. Однако были и довольно содержательные выступления. Например, была анонсирована социальная сеть для философов, запускающаяся на сайте "Философия науки" http://www.phi-sci.ru в сентябре.
Лекция испанского философа, заявленная как онтологическая, оказалась лекцией по философии физики. Я - гуманитарий - ушел с нее через 20 минут.
Заседание Российского философского общества состоялось гладко, как всегда. Руководство было заслуженно переизбрано. Следующий, седьмой, Российский философский конгресс пройдет в Уфе в 2015 или в 2016 году. По-моему, это удачное решение.
Закрытие конгресса также обошлось без сенсаций.