Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

О важности гуманитарных дисциплин

Буквально до самого последнего времени мы, гуманитарии, находились в России на положении париев. Кто из наших ученых обычно ходит гоголем? Экономист, юрист, в лучшем случае - какой-нибудь нанотехнолог или ядерный физик. А гуманитарии - прямо как бедные родственники. (Например, лишь совсем недавно государство прекратило планомерно сокращать количество бюджетных студенческих мест по специальности "философия" при нашей кафедре, а в Питере историков с философами вообще слили воедино).
Отчасти, конечно, и сама гуманитарная среда в этом виновата. В постсоветской России стало модным превращать свою гуманитарную деятельность в какой-то несерьезный перфоманс. (Философия не может быть наукой? Философия - интеллектуальная игра? Тогда шиш вам, философам, а не деньги! Играйте в домино!).
Но и российское государство, конечно, проявило со своей стороны изрядную близорукость. Симбиоз жуликов и "крепких хозяйственников", окопавшийся в российском руководстве, всё никак не мог взять в толк, зачем вообще нужны гуманитарные дисциплины? Бюджет-то на них особо не попилишь! :-) С нашим свинским бизнесом дела обстояли не намного лучше. Максимум, что здесь удалось сделать - убедить принимать этические кодексы корпораций, да и то эти кодексы соблюдаются далеко не всегда.
Однако в мировой и отечественной истории вдруг начали сдвигаться какие-то "тектонические плиты", обнажившие чрезвычайную значимость гуманитарного знания. (Стало потихоньку сбываться предсказание моего шефа "XXI век - век философии". Впрочем, не только философии, но и психологии, лингвистики, социологии, исторической науки, политических дисциплин и т.д.). "Первым звоночком" оказалась в России ситуация с телеканалом "Дождь", когда в результате допущенной им вопиющей гуманитарной безграмотности он понес весьма ощутимые многомиллионные денежные потери. Вторым "звоночком" (и даже набатом) стала ситуация на Украине.
Здесь требуется некоторое пояснение. Еще задолго до возникновения популярного сегодня мема "британские ученые", в российской гуманитарной среде существовал аналогичный мем "украинские ученые". Даже был в ходу самый короткий анекдот: "Украинский ученый". (Как-то мои друзья приехали в научную командировку в Киев - и слушали там лекцию одного из самых титулованных украинских гуманитариев, который долго и нудно "на полном серьезе" излагал философию истории Арнольда Тойнби, представляя ее в качестве передового рубежа мировой философской мысли). Разве что украинские марксисты еще как-то, худо-бедно "держали планку". И вот теперь мы воочию наблюдаем катастрофические последствия такого положения дел. Украинскому народу просто нагло засрали мозги самой примитивной, самой вульгарной идеологической продукцией. Нация со сдвинутыми набекрень и загаженными мозгами - это страшное и печальное зрелище! Неспособность большинства украинских граждан критически противостоять неонацистской пропаганде немало поспособствовала фактическому распаду украинского государства. Теперь на очереди - Россия.
И как мы готовы противостоять этой угрозе? Плохо готовы! Надо признать это честно. Гуманитарные дисциплины у нас в кризисе. (Есть отдельные здоровые "островки", но они погоды не делают). И дело здесь даже не в несоответствии некоему "мировому уровню". (А кем этот "уровень" задается в гуманитарной сфере? Западными пидарасами и лгунами?). Дело здесь в несоответствии отечественной гуманитарной сферы объективному уровню тех задач, которые сегодня стоят перед Россией. И ведь какие у нас были предшественники! С ядерной мощью мысли! Сын крестьянина, философ и поэт Михайло Ломоносов положил начало русской национальной науке как таковой - и естественной, и гуманитарной. Скромный библиотекарь Николай Федоров фактически стал основоположником мировой космонавтики - технически передовой отрасли экономики с многомиллиардными оборотами. "Литератор" (как он сам себя называл) Ленин оказался для России Мининым, Пожарским, Ломоносовым и мегауспешным топ-менеджером в одном лице. Вы спрашиваете - в чём сила философии? Вот в этом сила философии! Ну и где у нас сегодня свои Ломоносовы, Федоровы и Ленины? Где?
А ведь на голом месте гении не появляются - им необходима интеллектуальная среда, причем нетривиальная, созданная не по шаблону. И где эта интеллектуальная среда?! У нас едва ли не большинство хоть сколько-нибудь заметных гуманитариев плотно "сидят на крючке" западных грантов. Чтобы получить эти гранты, наши гуманитарии пытаются соответствовать западным интеллектуальным шаблонам, начинают мыслить в точности как тамошние богатые пидарасы. Так Ломоносовы не рождаются! Русский старообрядческий рационализм плюс смелое новаторство Христиана Вольфа - так рождаются Ломоносовы, на стыке культур!
В общем, ребята, давайте искать, давайте работать. За нас необходимую интеллектуальную работу никто не сделает, никто на Западе нам ничего путного специально не приготовит и в рот не положит, а если и положит - то лишь умственную отраву.
Разумеется, российскую гуманитарную элиту, сформированную Соросом и ему подобными дельцами, пора подвергнуть радикальной ротации. Иначе России кранты.
promo yuri_loskutov october 28, 2030 23:48
Buy for 20 tokens
Кандидат философских наук, доцент Пермского государственного национального исследовательского университета. Христианин Русской Православной старообрядческой Церкви. Сторонник Пиратской партии. Важные записи: Обо мне: Промысел Божий Профессиональное Профессиональное - 2 3 октября 1993-го…

Wilson Alwyn Bentley (9.2.1865–23.12.1931)

Оригинал взят у romantik3 в Wilson Alwyn "Snowflake" Bentley (1865–1931)
А вы когда-нибудь задумывались над тем, кто впервые сделал фотографии снежинок? И как? А могли ли предположить, что первые фотографии снежинок удалось запечатлеть обыкновенному американскому фермеру, у которого была просто большая любовь… к снежинкам.

Уилсон Элвин Бентли родился 9 февраля 1865 года, 148 лет назад, когда мало кто задумывался, из чего состоят снежинки и как фотографировать снежинки. В 1872 году в Джерико не было еще даже электричества, а фотоаппарат для обычного фермера стоил целое состояние. В то время любознательному школьнику Уилсону Бентли было 17. Он рос на ферме с родителями и братом, и быть бы ему обычным мальчишкой, стреляющим из рогатки по домашней птице, если бы не мать. У миссис Бентли, которая до замужества работала учительницей, было много книг и даже маленький микроскоп.

Будучи очарованным снежинками с самого детства, проведенного на ферме в Вермонте, США, Бентли в течение долгих лет экспериментировал, разглядывая снежинки и изучая их кристаллическую структуру, пока в один прекрасный день не прикрепил к своему микроскопу камеру, и в 1885 году получил первую фотографию снежинки. Он значительно усовершенствовал процесс "ловли" снежинок на черный бархат и их фотографирования до того, как они растаят или изменят форму.

«Под микроскопом я понял, что снежинки – чудеса природы; и мне стало грустно, что никто не видит эту красоту», – признался Бентли в 1925 году. Collapse )

Разъяснение по поводу моих стратегических целей

Некоторые мои оппоненты почему-то полагают, что я собираюсь создать некий гибрид из православия и марксизма, но эти оппоненты заблуждаются. Такая попытка была бы не только крайне самонадеянной, но и совершенно неуместной. Православие и марксизм - это принципиально разнородные духовные явления: одно - религиозное, а другое - светское; одно в своей сердцевине - мистическое, другое в своей сердцевине - научное; одно опирается на откровение, другое - на знание и т.д. и т.п. Ничего, кроме духовного уродства, из гибрида между ними получиться не может.
Итак, мои подлинные стратегические цели как философа таковы:
1.) Инициирование научной революции в марксистской философии, т.е. углубления философского знания путем смены парадигм в научной философии. Строго говоря, такая смена всё более назревает, но кто-то в любом случае должен ее инициировать, несмотря на всю трудоемкость и многоаспектность подобного интеллектуального предприятия. Здесь, в науке, я по своим взглядам - чистый, беспримесный революционер, хотя во многих других аспектах я - самый настоящий консерватор.
2.) Актуализация святоотеческого наследия (патристики) в рамках РПсЦ и отечественной культуры - в противовес тому реакционному мракобесию (нередко с оккультными корнями), которое навязывается сегодня православным людям под видом некоей "Традиции" (являющейся, по сути, не более, чем постмодернистским симулякром). Патристика в своей философском аспекте (прежде всего благодаря интерпретации аристотелевского наследия) находится на магистральной линии развития мировой философии, это интеллектуальный прогресс, а не регресс. В богословском же плане патристику не с чем и сравнить - это одинокий остров, высящийся неприступной скалой в бушующем океане верований. Разум, человечность, устремленность в будущее - это то, что есть в подлинной святоотеческой традиции, и это то, что всячески третируется в фальшивой "Традиции", изобретенной людьми, совершенно далекими от аутентичного православия.
3.) Наконец, налаживание интеллектуально плодотворного диалога между православием и марксизмом - между этими разнородными духовными явлениями - в едином культурном пространстве. И православие, и марксизм имеют всемирно-историческое значение, но так исторически сложилось, что особую актуальность они обрели именно в нашей русской духовной культуре. И потому работа на конфронтацию между аутентичным православием и марксизмом - это работа на разрыв русского культурного пространства, это болезненное травмирование русской духовной культуры, это лишение ее необходимых ей смысловых полюсов. А разрыв единого культурного пространства чреват и конфронтацией между людьми, расколом народа. История показала, что конфронтация между аутентичным православием и марксизмом была для русской культуры деструктивным, а не конструктивным, конфликтом, в котором наш народ многое потерял, и ничего ценного (кроме горького опыта) не приобрел. Причем конфликт этот был навязан русским извне, носителями чуждых нам культур (католической и масонской). Во многом благодаря этому конфликту, русский народ находится сегодня в глубоком материальном и духовном кризисе, который, с моей точки зрения, как русского человека и патриота русской культуры, необходимо преодолевать.
Достижение каждой из этих трех целей требует большого труда. И на пути к каждой из них я нахожусь в почти полном одиночестве. При этом сегодня для меня задача номер один - это поддержание и укрепление моей многодетной семьи. Это моя четвертая, и совершенно особая стратегическая цель. Пока дети маленькие - особо не пофилософствуешь. Тем не менее, от достижения первых трех целей я не отказываюсь. Это мой путь (как сказали бы китайские коллеги - дао). Путь тяжелый, неблагодарный, но потенциально очень плодотворный.

Кучкин Б.К. Либеральный тупик философии: деградация науки

http://svoim.info/201238/?38_5_1
Первое десятилетие XXI века для российского философского сообщества стало временем подведения итогов развития, определения качественного состояния науки в предыдущем столетии, особенно в советскую эпоху.
Способствовали этому и знаковые юбилеи: 80-летие Института философии Российской Академии Наук (ИФРАН), выросшего из философской секции Коммунистической академии; 70-летие философских факультетов Санкт-Петербургского (Ленинградского) и Московского университетов; 75-80-90-летия ныне живущих ведущих философов, «мастодонтов» академической науки: B.C. Степину - 77, Д.И. Дубровскому и В.А. Лекторскому по 80, В.В. Соколову - 90, Т.И. Ойзерману - 97 лет.
Анализу развития философии в Советском Союзе посвящен ряд монографий и целая коллекция статей в специализированных философских журналах от академических до региональных изданий. Тональность печатной продукции уныло однообразна. 70 лет Советской власти были для ученых годами «тяжкого гнета тоталитарного коммунистического режима», годами «мучительных» испытаний и страданий, насилия, подавления свободы и воли научного творчества. Судьба философии в Советском Союзе более трагична, чем история советской литературы или поэзии.
Не абсолютизируя очернительскую тенденцию, следует отметить существование научно-объективных, продуманных, реально оценивающих прошлое философской науки работ. Беспристрастный анализ показателен и для ряда ученых Запада. Например, американский философ Т. Рокмор акцентирует внимание на достижениях и научных открытиях советской, марксистско-ленинской философии, ее влияние на мировую науку.
Ветер капиталистической реставрации сбросил завесу над многими тайнами философской «кухни». В публикациях, зачастую противоречивых, нередко шокирующих, появилась масса подробностей отношений между учеными, побудительных мотивов противостояния групп и группок в научном мире. Рельефно выявились два постулата, ранее тщательно скрываемых, на которых базировалось функционирование философского сообщества в СССР.
1. С 20-30-х годов XX в. существовало противостояние либеральной и марксистско-ленинской философий, четко выраженное формулой «мы - они». Жизнь академической философии была наполнена упорной борьбой старых идеалистических, религиозно-мистических концепций против философского материализма, диалектического метода познания, материалистического понимания истории.
2. Несмотря на то, что официальная философская наука имела название «марксистско-ленинская» - марксизм был лишь мимикрией, маскировкой, оболочкой, под которой скрывалась реальная жизнь либеральных философов.
Следует подчеркнуть, что сегодня, когда маски сброшены, дистанцирование от марксизма, его ниспровержение, очернительство, фальсификация, а то и откровенная ложь преобладают в научных писаниях. Вчерашние апологеты, пропагандисты марксизма стали «пророками» философского либерализма. Правда, продолжая занимать прежние командные, начальствующие должности. История любит шутить над людьми, и в российском философском сообществе наблюдается очередная ее «гримаса».
Академики, профессура столичных университетов, заведующие отделами ИФРАН и кафедрами философских факультетов, будучи идеологической номенклатурой ЦК КПСС, «боролись» «против партийно-номенклатурного контроля», чтобы превратиться (или продолжать оставаться) в партийную, но уже либеральную номенклатуру российских демокрадов. Невольно вспоминается великий насмешник Франции Пьер Беранже, очевидец реставрационных процессов в своей стране начала XIX века. «Тот меня кормил. / И этот будет мил. - /Лишь надо постараться. / ... Кто ни приди, мне все равно: Скакать для всех сумею. / Зато пью сладкое вино. / Ем сытно и толстею» («Паяц»).
Характерный пример - академик Т.И. Ойзерман. Более 50 лет он занимался пропагандой, возвышением, воспеванием марксизма, утверждением его как высшего достижения философии и науки. Кандидатская и докторская диссертации, все главные публикации Ойзермана посвящены этой цели. Одновременно он постоянно и последовательно громил всех критиков, ревизионистов и опровергателей марксизма, немарксистскую, буржуазную философию. Именно на позитивной разработке марксизма и на его защите Ойзерман создал свое имя, сделал карьеру, стал академиком и почти единственным «знатоком», «авторитетом» марксизма.
Но не повезло старику. Началась перестройка, контрреволюция, реставрация. И чтобы продолжать получать «жирный кус довольствия», с генетической ловкостью малого народа Ойзерман быстро переквалифицировался в антимарксиста, критика и ниспровергателя философии и идеологии марксизма. С особой, буквально животной ненавистью Ойзерман обрушился на В.И. Ленина, рисуя его карикатурный портрет. Постоянно критикуя Ленина, выливая всевозможную грязь и нечистоты, он прямо лжет в отношении политических позиций Ленина, фальсифицируя его реальные высказывая и слова. Что ж, трюк удался. Сегодня академику Т.И. Ойзерману 97 лет. Он самый публикуемый философ. Снова в роли активного апологета и пропагандиста, «знатока»... только немецкого реакционного философа Ф. Ницше, основоположника «философии жизни», провозвестника идеологии фашизма.
Кроме политических причин массового отхода от материалистической диалектики имеются и теоретико-познавательные. На волне глобализации социальных процессов получили беспрецендентное распространение современные разновидности позитивизма и постмодернизма. Творческая интеллигенция осваивала их, говоря словами Г. Федотова, так же, как и другие достижения западной мысли, - беря «немецкое последнее слово на медный пятак. Его хватало ровно настолько, чтобы опустошить русские мозги» (Федотов Г. «Трагедия интеллигенции». М., 1996, с.48).
Удар, нанесенный либералами по отечественной философской науке, страшен. На волне архаизации, варваризации культуры, дебилизации образования молодежи возродились примитивные, обыденно-бытовые представления о философии как никчемном атрибуте общественной жизни, «болтовне» рафинированных столичных интеллектуалов.
Исходя из либеральных установок «свободы личности», «автономного Я», освобождения от социальных ценностей, таких как гуманность, справедливость, солидарность, либероиды провозглашают «сакральность» свободы философа, отстраненность его от общественных процессов. Особо подвергается сомнению и изощренной фальсификации марксистское положение о философии как мировоззрении и идеологии. Отсюда появление крайних утверждений об отсутствии в современной России философии. Честно говоря, для этого имеются достаточные основания.
Советская «перестроечная», либеральная интеллигенция, сбросив с корабля современности марксизм, поклоняется всем идейным течениям, враждебным демократии. Так называемая научная мысль мечется от Хайдеггера к Дюркгейму и Мерло-Понти, от Ницше, Шопенгауэра к американцам Р. Рорти, Дж. Розенау. Поток теорий, идей, концепций, материалов, тем исследований, шедший с Запада с 70-х годов прошлого века, сделал свое черное дело. Молодая генерация российских философов, по признанию академика В.А. Лекторского, имеет очень смутное представление об отечественной философии. В лучшем случае они считают, что в прошлом делались попытки развивать какие-то идеи в рамках маркизма-ленинизма. Какие именно идеи - этого они не знают и знать не хотят. Академик утверждает: «Бессмысленно пытаться заставить этих философов «полюбить» отечественную науку» («Вопросы философии», 2011, N4, с.29).
Кумиром, которому поклоняются и которого обильно цитируют, является немецкий философ М. Хайдеггер. Его единодушно причисляют к когорте выдающихся мыслителей, а некоторые считают даже «философом номер один» XX века.
Между тем на Западе хорошо помнят гитлеровское прошлое Хайдеггера, породненность его философских убеждений с расовыми установками фашистской идеологии. Учение Хайдеггера, считают европейские авторы, является идейным источником германского нацизма.
Российскую философию сегодня характеризует резко отрицательное отношение к традициям философской культуры. Отвергается классический категориальный аппарат, игнорируются проверенные практикой методы исследования природы, общества, человека, отвергаются принципы строго научного мышления и доказательств, отвергается всё то, благодаря чему философия тысячелетиями развивалась. Это стало следствием либерального насаждения невежества, варваризации духовной жизни страны.
Негативное отношение к основополагающим научным принципам, убожество интеллекта сказались и на так называемых философских работах. В них нет мысли, а просто текст, стилистика. Причем псевдонаучная, заумная, вымученная для внешней «красоты» изложения. Авторы буквально раболепски следуют за якобы «модными» западными формулировками. А за всем этим - действительная пустота мысли. («Вопросы философии», 2009, N6, с.33-34)
Появилась и другая тенденция. Повальное, некритическое увлечение религией. Реконструкция религиозно-идеалистического сознания породило своеобразную конвергенцию философии и религии. В ряде российских университетов созданы теологические отделения и факультеты, появились кафедры философии и религиоведения, публикуются совместные работы светских ученых и религиозных деятелей.
Директор ИФРАНа академик А.А. Гусейнов с особой тревогой отмечает культивирование в диссертационных исследованиях языка религии, лексики и стиля рассуждений, характерных для религиозных текстов, религиозного сознания и практики. Задача философии, считает он, сохранять культуру рационального мышления. («Вопросы философии», 2011, N4, с.75).
Указанные тенденции в философском языке обнаруживают вторичность философского сочинительства и вторичность философского мышления. Повторяя зады западноевропейской мысли, Россия превращается в философскую провинцию, где эпигонство станет неизбежным уделом.
Еще более катастрофично положение философской науки в высших учебных заведениях краев и областей РФ. Формально преподавание марксистско-ленинской философии в России не запрещено, фактически же идут гонения на марксизм. Какие философские концепции предлагают преподаватели студентам, каким ценностным установкам привержены - это вопрос вопросов. Можно предполагать, что в силу географического удаления от центра, не зная философской литературы, преподаватели сегодня являются носителями этакой изустной традиции и на лекциях преподают многое такое, чего нет в научной литературе. Либо они преподают нечто такое, что никак не совпадает со стандартами европейского преподавания философии, некие вариации на мотивы западных теорий.
В итоговых материалах, статьях и монографиях выявилась еще одна, по-своему примечательная, негативная для либероидов ситуация. Фиаско их концептуально-философских оснований. Навязчиво отвергая советский период развития русской философии, демонстрируя свою «кочку зрения» на национальную культуру, либералы акцентировали внимание только на религиозно- идеалистических воззрениях дореволюционного периода. Сколько было стенаний по запрещенной большевиками и якобы забытой русской философии и сколько оптимистичных ожиданий было связано с ее новым открытием! И что?! Сфера русской идеалистической и религиозной философии открыта. Изданы труды B.C. Соловьева, Н.А. Бердяева, C.JI. Франка, Л. Шестова, работы философов XIX века. Проработан, освоен и отредактирован практически весь массив отечественной философии, созданной как в дореволюционной России, так и в эмиграции. В эйфории открытия ожидалось, что идеи столетней давности дадут толчок, станут импульсом к творческому развитию русской тематики, потоку литературы, открытию нового философского языка и проблемного поля. Этого не произошло! Лавинообразный поток цитирования вылился в интеллектуальный анахронизм. Сложившаяся линия философствования носит репродуктивный характер. Подражательная литература выделяется только стилистикой, заимствованной у кумира, да философским жаргоном.
Более того, выяснилось, что философское наследие русской интеллектуальной мысли демонстрирует ярко выраженное неприятие либерализма. Раздражение, резкая критика, возмущение невежеством, простомыслием, спекулятивностью либеральных идей пронизывают работы К.Н. Леонтьева, В.В. Розанова, Н.О. Лосского, С.Л. Франка, Л.П. Карсавина и др.
В 1880 году К.Н. Леонтьев писал: «Всё либеральное - бесцветно, общеразрушительно. <...> Свобода! Освобождение! Но от чего и во имя чего? Cвобода для свободы, свобода делать всё». (К.Н. Леонтьев. Полн. собр. соч. СПб., 2006, т.7, кн.2, с.7-8).
С.Л. Франк, анализируя причины Октябрьской революции, подчеркивает, что социализм «устраняет пустоту, бессодержательность и внутреннее противоречие той формальной свободы, которую дает либеральная демократия: человек, формально свободный, предоставленный самому себе, ничего не может сделать и гибнет жертвой социальных случайностей, оказывается игрушкой хозяйственных конъюнктур, рабом хозяйственно сильных слоев». (Франк С.Л. «Русское мировоззрение». СПб., 1996, с.129-130).
Смело можно утверждать, что русские философы, столь долго ожидаемые, оказались невостребованы, чужды современным «мыслителям». Например, дважды невежественны измышления профессора философского факультета МГУ В.В. Соловьева: «Ленинизм, русский вариант марксизма, является, прежде всего, российской революционной крестьянской традицией, в которую достаточно поздно влилась рабочая струя» («Вопросы философии», 2009, N11, с.141). «Простой крестьянский паренек» и в 90 лет остался крестьянином. То, что Соловьев, рожденный в Советском Союзе, студент, аспирант, доцент, профессор МГУ не удосужился хотя бы полистать работы Ленина, объяснимо. Для либералов характерно поносить, ругать К. Маркса, Ф. Энгельса, В.И. Ленина, не читая их работы. Но выкормыш либералов, а Соловьев в числе своих учителей называет дореволюционных философов, должен был бы знать мнения русских мыслителей о крестьянстве. В книге «Русское мировоззрение» С.Л. Франк пишет (как бы специально для В.В. Соловьева): «Русский крестьянин, как и крестьянин вообще, естественно, далек от того, чтобы быть социалистом; он и психологически. и экономически является частным собственником, <...> а духовно крестьянин настроен консервативно». (Франк С.Л. «Русское мировоззрение». СПб, 1996, с.145). Какая уж там революционность!
Необходимо подчеркнуть то особое значение, которое придавали философии русские ученые. По их мнению, философия - это одновременно и искусство познания реальности, и искусство воспитания яркой личности, искусство самовоспитания, искусство духовного развития. Четырежды искусство!!! Современная либеральная философия, отторгнув марксизм, смогла породить только ублюдочные концепции. Профессор МГУ Ф. Гиренок утверждает: «Философия не столько утешает, сколько кусает и больно жалит. Философия рождается в обожающем взгляде, который бросает один мужчина на другого. Философ - это, прежде всего, иммигрант, «лимитчик», «гастарбайтер»! (Ф. Гиренок. «Философия - это поступок». «Завтра», март 2011 г., N11) Профессор явно перепутал философию с садомазохистскими упражнениями нетрадиционной любви.
Другой «специалист» пишет, что русская оригинальность, особый психический склад характера и способ мышления, свойственные только русским, определены юродами-юродами в философии, литературе, искусстве, науке, политике, православии. Смешав философию с юродством, с болезнями, психопатологией, соединив великое с никчемным, он уверяет, что русскость и юродство - синонимы. Воронежский философ П.В. Калитин в статье «Юродивая философия» возводит юродство в субстанциональное качество русской культуры и истории («Вопросы философии», 2010, N1, с.182). Либералы не только сами интеллектуально бесплодны, но как грибок, плесень подвергают гниению всё здоровое, плодоносящее. Маразм (упадок, изнурение, истощение, вырождение) отечественной философии, результат губительного для науки влияния либералов.
Некоторые количественные показатели деградации философской науки. Для самой читающей страны - Советского Союза были характерны массовые тиражи издаваемой философской литературы. Несколько примеров. Книга «Философия Канта и современность». М., 1974 г. под редакцией Т.И. Ойзермана издана тиражом 25 000 экз.; В.Ф. Асмус «Античная философия». М., 1976 г., тираж - 80 000 экз.; коллективная работа «Введение в философию. В двух частях» под руководством И.Т. Фролова. М., 1989 г., тираж - 500 000 экз. Ежемесячный тираж академического журнала «Вопросы философии» превышал 40 000 экз. Современная динамика падения ежемесячного тиража журнала: 1992 г. - 38 600 экз., 2001 г. - 4478 экз., 2005 г. - 3709 экз., 2008 г. - 2554 экз., 2009 г. - 1730 экз., 2011 г. - 1134 экз.
Буквально рефреном во всех философских работах читаешь: «Сейчас появляется масса книг, о которых зачастую не знает никто, кроме авторов, которые их опубликовали». Несомненно! «Великим достижением» либералов является тираж 100 экз., а 300 экз. - эпохальное событие. Пусть меня простит Бог философов - «А может быть, это и к лучшему?!» Всё меньше степень заражения интеллектуального пространства бациллами либерализма.
Величие, значимость советской философии и маразм современной «россиянской» ёмко выразил академик В.А. Лекторский: «Идеи, разработанные в нашей философии второй половины XX века, сегодня осваиваются международным философским сообществом. Неплохо было бы освоить эти идеи нам самим». («Вопросы философии», 2011, N4, с.30)

Нижний Новгород - 2012. Часть 6. VI Российский философский конгресс.

Конгресс был организован плохо. Гораздо хуже, чем предыдущие. На вокзале нас никто не встретил (хотя обещали). На открытии устроили почти что давку при регистрации. Как ни странно, не выдали блокноты, и мне пришлось писать на мятых бумажках. Вместо блокнотов дали вот такие огромные и вычурные картонные кейсы:
P1050425.JPG
Сначала я планировал привезти кейс домой - дочке поиграть, но он не поместился в мою сумку, и я его выкинул (подобно многим другим участникам). Заседания секций конгресса были разбросаны по множеству нижегородских вузов, зачастую далеко отстоящих друг от друга. Наконец, сломалась типографская машина, и тираж материалов конгресса не был допечатан - многие участники остались без книг. Более того, тезисов многих участников (и даже целой секции "Философия сознания") в данных материалах не оказалось. За что только эти люди платили организационный взнос? Мне повезло - меня и напечатали, и "одарили" экземпляром. Кроме того, меня поселили в отличное общежитие Нижегородского института развития образования - в одноместный номер с евроремонтом всего за 250 рублей в сутки. Это всё же плюс.
Теперь о содержании конгресса. На его открытии в Торгово-промышленной палате держал речь губернатор Шанцев - о своем, губернаторском. Эта речь имела к философии весьма отдаленное отношение. На данном заседании выступил Александр Сергеевич Запесоцкий - член-корреспондент РАН, ректор Санкт-Петербургского Гуманитарного университета профсоюзов.
Речь Запесоцкого была наиболее актуальной и содержательной из всех выступлений на пленарных заседаниях четырех Российских философских конгрессов, на которых я присутствовал. Далее - ее максимально краткое содержание.
Философия нынешнего правящего слоя России - передача воспитательной функции от образования к телевидению, благодаря чему воспитан новый тип личности - черствый индивидуалист. Телевидение формирует мировоззрение вместо родителей, писателей и философов. Российская система образования заменила педагогические цели коммерческими целями. Фундаментальные концепции постепенно выводятся из вузовских учебных программ. Декларируемая задача потреблять, а не творить - резко снижает конкурентноспособность России на мировой арене. Страна впадает в дремучее невежество и держится на людях, получивших образование при социализме. И развал системы образования - не результат глупости начальства. Это результат дефектов социально-экономической системы - "ультралиберальной формации". "Грязная рука рынка" дотянулась до госаппарата, науки, искусства, СМИ. Реальная (а не декларируемая) идеология и политика российского чиновничества - культ денег. Декларируемая же идеология и политика - всего лишь набор пиар-программ.
Выступление Запесоцкого российские философы встретили бурными и продолжительными аплодисментами. Больше никого так не приветствовали, что и неудивительно - рациональное содержание (и отнюдь не сокращенное) всех остальных речей на пленарном заседании можно было бы уместить, наверное, в 15 минут. Особенно "доставили" выражения "реальности никто никогда не видел" (для несведущих поясню - это 18-й век в философии) и  "академик Гусейнов подарил мне перед конгрессом книгу, я ее использовал". Последним выступал господин Федоров - очень молодой ректор нижегородского педа. Я таких молодых ректоров еще не видел. Поскольку речь Федорова была выдержана в духе постмодернизма, постольку я ничего в ней не понял, расслабился и откровенно ржал. (Особенно мне понравилось выражение "субсистенция, оказавшаяся в свалке"). Оказывается, другие участники конгресса - доктора и кандидаты философских наук - тоже ничего не поняли, в чем потом и признавались, но при этом многие из них сидели с умным видом и шикали на мое веселье.
После пленарного заседания академик Степин прочитал лекцию из области социальной философии. Это - не его. Философия науки - его, социальная философия - нет.
На следующий день в ННГУ состоялось заседание нашей секции "Философская онтология - 2". Состоялось в маленькой и тесной аудитории, но, как говорится, не в обиде. Руководители секции - профессора Михаил Михайлович Прохоров из Нижнего и Борис Васильевич Марков из Питера - сумели создать доброжелательную и конструктивную атмосферу работы. Мне приятно было оказаться в сообществе профессионалов, понимающих друг друга. Мой доклад "Добро и зло как онтологическая проблема" был встречен коллегами хорошо. Скандальные факты, прозвучавшие на секции: готовится к защите кандидатская диссертация на тему "Онтология пива"; в одном из московских вузовских учебников предмет философии определен как "всё, что вызывает интерес".
После обеденного перерыва я посетил соседнюю секцию "Философская онтология - 1". Там особо "доставил" доклад зав. кафедрой философии из Костромы. Некоторые "перлы" оттуда: "Меня не интересует теория отражения, этот продукт вульгарного материализма, меня интересует, как нам жить лучше". "Разве можно определить человеческое сознание как высшую форму психической деятельности? Высшая - значит лучшая? Но я никогда не поставлю сознание убийцы выше сознания моего кота Кузьки". Что делать - непрофессионализм шагает по стране. Там же выступал философ из Чечни, поведавший интересный факт: шариатский суд в Грозном потребовал исключить предмет "Философия" из программы Грозненского нефтяного института как "антиисламский". Впрочем, этот инцидент был улажен за месяц, и курс философии не пострадал.
На другой день я сходил на секцию "Философия и методология науки", работавшую в здании ННГУ на Большой Покровской. К сожалению, там оказалось много докладов не по тематике секции. Однако были и довольно содержательные выступления. Например, была анонсирована социальная сеть для философов, запускающаяся на сайте "Философия науки" http://www.phi-sci.ru в сентябре.
Лекция испанского философа, заявленная как онтологическая, оказалась лекцией по философии физики. Я - гуманитарий - ушел с нее через 20 минут.
Заседание Российского философского общества состоялось гладко, как всегда. Руководство было заслуженно переизбрано. Следующий, седьмой, Российский философский конгресс пройдет в Уфе в 2015 или в 2016 году. По-моему, это удачное решение.
Закрытие конгресса также обошлось без сенсаций.

Как я провел свои именины

Сегодня (пардон, уже вчера) с утра поехал в наш университет на Международную научно-практическую конференцию "Русское старообрядчество в истории и культуре: прошлое и настоящее", проводившуюся в рамках VII Межрегионального форума "Русский мир". К счастью, некоторые мои студенты со вчерашнего (уже позавчерашнего) дня ушли на практику - таким образом, они освободили мне время для посещения данного мероприятия. Начальство, телевидение, фотовспышки ... Множество ученых. Наших христиан (РПсЦ) присутствовало не менее десяти человек, включая четырех священников. Плюс еще четыре женщины из РДЦ, с севера края. К сожалению, отсутствовал мой уважаемый френд belovetc , чей доклад числился в программе.
Бодрый интеллектуальный и эмоциональный тон задал конференции наш благочинный Пермского края протоиерей Валерий Шабашов. Его приветственное слово, как и его реплики на выступления представителей науки - это лучшее из того, что я там услышал. На стремление властей и светского научного сообщества к рассмотрению староверов в качестве этно-фольклорного реликта (в частности, прозвучало предложение об организации туризма по староверческим местам) отец Валерий ответил решительно и четко: мы - не этническая фольклорная группа, мы - Церковь Божия, единственная в мире. И подчеркнул, что лично он никогда не носит косовороток и прочей традиционной русской одежды, дабы не давать повода для этнической интерпретации православия, а носит скуфью, подрясник и пояс - потому, что это требуется православными правилами. На стремление ученых смешивать в одном предмете изучения всех, кто называет себя старообрядцами, отец Валерий терпеливо и внятно разъяснил, что наша Церковь (Русская Православная старообрядческая Церковь) придерживается решений Керженского собора (1692) и сохранила всю полноту исторического Православия, а поморцы (последователи Поморского собора-1692) - это, по сути, лютеране, и только внешне они напоминают православных. (Вот, не приехал заявленный в программе один из лидеров ДПЦ Алексей Безгодов, а то вышла бы дискуссия). Что же касается последователей Спасовского собора-1692 (т.е. поющей нетовщины, из которой возникло единоверие, и глухой нетовщины, породившей множество мелких толков), то это, по утверждению о.Валерия, вообще практически не старообрядцы, ибо они существенно связаны с никонианскими храмами. От ученых возражений не последовало. На доклад московского профессора Сморгуновой, представившей самосжегшихся староверов в качестве "мучеников", наш благочинный совершенно справедливо заметил, что это не мученичество, а дурь, полностью противоречащая православному вероучению, и что у староверов-поповцев самосожжения не практиковались. Вообще очень правильно то, что наши пастыри идут на контакт со светской наукой и культурой. Там огромное непаханое поле для православного просвещения.
Из научных выступлений запомнился доклад Елены Сергеевны Данилко (д.и.н., Москва) о нерусских староверах. Оказывается, был до революции случай, когда "белокриницкие" мордвины привлекли к нашей Церкви множество русских никониан - своих односельчан. Протоиерей Алексей Марченко (д.и.н., РПЦ МП, зав. каф. теологии при (к счастью, не в) нашем университете) выступил весьма политкорректно по отношению к староверию и притом довольно интересно. Его доклад был посвящен весьма напряженным отношениям между пермскими старообрядцами и РПЦ МП во время Великой Отечественной. Любопытный штрих: спасовская секта "красноверов", по словам протоиерея-историка, еще в советские времена душила своих стариков подушками - красноверы рассчитывали, что эти покойники станут мучениками и попадут в рай. Завершил конференцию прикольный и заслуживающий внимания доклад "Характеристика религиозной культуры лупьинских коми-пермяков" (к.и.н. Голева Татьяна Геннадьевна, Пермь) о разлагающейся религиозной культуре т.н. "кержаков" в "медвежьем углу" Пермского края. "Кержаки" эти даже толком не умеют перекреститься, называют своих уставщиков "попами" и "попихами", сочетают православные, никонианские и языческие традиции. (Жаль, не слышал доклада нашей христианки, к.филол.н., Галины Васильевны Чудиновой - она выступала на другой секции).
Затем основная масса участников конференции отправилась в Пермский государственный институт искусств и культуры на разные фольклорные мероприятия форума "Русский мир", наши староверы уехали в храм обедать, а я пошел читать лекцию в другой корпус. Вернулся домой вечером, уставший, и вот уже сижу в удобном кресле и занимаюсь привычным делом - стучу пальцами по клавиатуре. Нет, чтобы помолиться в свои именины! Вот они уже и закончились. Фу, какой я позорник. (Да и вообще меня нельзя назвать молитвенником). Святыи великомучениче Георгие, моли Бога о мне грешнем! О таком-рассяком!